?

Log in

No account? Create an account
КОЛОКОЛА ГРОМКОГО БОЯ
("КГБ")
Зеркало Правды. Продолжение. 
4th-Nov-2008 12:54 am
редакторская колонка

245.14.5. Взгляд без зеркала


      Имир Торвен хорошо выспался. Браться за серьёзное дело он всегда предпочитал на свежую голову, если только его не осенял неожиданный творческий порыв. Задание же, полученное от Комитета Сопротивления, напротив, вселяло в него странную апатию.
      Текст полученного задания он помнил наизусть. Предстояло найти неизвестный объект, являвшийся, кроме того, высшей общественной тайной чужой планеты. Но об этом объекте, очевидно, должен был знать кто-то из руководства – члены Высшего Собрания, руководители важных общественных организаций, да и ряд сотрудников Института Исторических Технологий наверняка входил в число «допущенных» к тайне. Следовало понять, с кого начинать поиски. С кого и где.
      Поразмыслив немного, Торвен выписал в блокнот следующий список:

  • Учитель цивилизации Синиз, почётный советник Высшего Собрания доктор Иалан Кшеш-Маалу.
  • Председатель Высшего Собрания планеты Регель Иншаат.
  • Директор Института Исторических Технологий профессор Тарик.
  • Руководитель Бюро Космической Стабильности Кафуф.

          Из этого списка предстояло выбрать фигуру, с которой можно было иметь дело в дальнейшем. Собственно, контакт с любым из этих четверых сложности не представлял: общество Синиз обладало достаточной мерой открытости, чтобы можно было просто позвонить одному из этих людей и попросить у него аудиенции, а высокий статус земного гостя придавал просьбе Торвена изрядный вес. Но как и о чём повести диалог, имея за пазухой камень против любого из этой четвёрки лидеров?
    Имиру Торвену следовало найти удобную причину не только для того, чтобы скрыть свой интерес к высшей тайне Синиз, но и суметь привлечь на свою сторону, хотя бы временно, кого-то из четверых названных в списке политиков. Кого и как? Над этим предстояло серьёзно поработать.
          Торвен не доверял никому из руководителей Синиз; это было бы непростительной оплошностью. Но он чётко видел и знал то, что на верхушке здешнего общества не идёт повседневная борьба за власть, с которой он привык сталкиваться в исторических штудиях. Более того, из общения с лидерами планеты Торвен вынес стойкое ощущение, что всякий из них чувствует себя наёмным служащим, вынужденным выполнять тяжёлую и неприятную работу. Хотелось бы знать, кому служат эти «работники»? Уж точно не прогрессу и, во всяком случае, не обществу Синиз! Кому, как не лидерам, знать, насколько их действия сейчас подталкивают здешнюю цивилизацию в пропасть морального отчаяния! Все завоевания общества Синиз, за которые здесь было пролито немало крови, могут в одночасье рухнуть под нагромождением бессмысленной лжи. Не могут же они этого не осознавать, в самом-то деле!
          Вместе с тем, историк отчётливо понимал, что не сможет убедить любого из этих людей сотрудничать с ним. Всё, что творилось здесь во имя прогресса и справедливого общества, очевидно, несло в себе какой-то смысл, ради которого всё новые и новые поколения лидеров планеты клали на алтарь все ценности человечества. Очевидно, раз этим смыслом не была вульгарная борьба за власть, должны были существовать другие причины, не менее серьёзные и увлекательные. Без понимания этих причин Торвену нечего было и надеяться заполучить в высшем руководстве сознательных союзников. Здесь мог действовать только слепой случай – совпадение личных интересов на коротком отрезке времени. Но этот случай предстояло ещё организовать…
          На мгновение Имир Торвен исполнился гнева: разве ему, чужаку на этой планете, могла бы представиться возможность так ловко оседлать события, как мог бы сделать это кто-то из местных жителей, лучше любого другого представляющий себе реалии Синиз! Но гнев быстро прошёл. Конечно же, ему было легче, не в пример легче. Он не боялся местных секретов, он не боялся посмотреть в лицо здешней правде, он вообще не боялся правды. А жители Синиз иммунитета к правде не имели. Они предпочитали смотреть на правду через зеркало собственных представлений и норм, как легендарный Персей смотрел когда-то на мифическую Медузу. И страшным было бы даже не то, что зеркало окажется кривым. Даже самое прямое зеркало отражает предметы перевёрнутыми…
          Историк вспомнил, как он сам в первый месяц здесь, на Синиз, никак не мог взять в толк, что у планеты нет ни по одному из вопросов выраженного общественного мнения. Индивидуальных, частных мнений – сколько угодно, от самых однозначных и прагматических высказываний до туманных пророчеств, полных буйного хмеля. Свобода прессы, свобода самовыражения, свобода собраний и митингов, если они вдруг оказываются кому-то интересны. А общественного мнения – не было и нет. Потому что общество – сложнее, чем индивидуум; не больше, а именно сложнее, и как раз этот простой факт совершенно не могли взять в толк социологи Синиз. Имир Торвен, помнится, немало поразился тому, как мало внимания в новостях планеты уделяется прилёту земного корабля: подумаешь, прикатили из неведомой дали близкие сородичи, ну и что? Эка невидаль! Философских откровений не привезли, секретом бессмертия не одарили, вместо классических логических задач показали новые эротические танцы, а напоследок ещё и отказались приобщиться к великой мудрости у ног учителя цивилизации, доктора Иалана Кшеш-Маалу! Словом, обычные варвары, какими кишит и родная сторона – скопление звёзд АБС-404. Жители Синиз, посмотрев на землян, вернулись к своим повседневным делам уже через два-три дня, полностью утратив к пришельцам всякий интерес, кроме интереса сугубо профессионального. И ещё больше потрясло Торвена то, что отлёт земной экспедиции, сопряжённый со скандалом и попытками обратиться к общественному мнению планеты напрямую, минуя контактную комиссию Высшего Собрания, вообще не был воспринят как удивительная новость. С тех пор историк даже не пытался брать в расчёт средства массовой информации, да и общественное мнение как таковое. Этот инструмент сыграл уже свою политическую роль и был, должно быть, впоследствии развращён отсутствием прямой демократии. Пока на родной планете жилось как живётся, такое положение вполне устраивало жителей Синиз.
          Но должны были быть и те, кого это не устраивало! Иначе не возник бы Комитет Сопротивления – организация, отнюдь не помышлявшая о восстановлении старых порядков, как то случалось не раз в ранние эпохи объединения Земли. Целью Комитета было именно сопротивление сложившейся системе, стремительно вовлекавшей свою и чужие планеты в рамки каких-то неясных целевых преобразований. И эта цель Комитета была достаточно опасной и грозной для тех неведомых сил, которые стояли у рулей и маховиков общества Синиз: иначе бы здесь, на планете, которая больше ста лет не знала бытовой и экономической преступности, не гибли бы отчаянные учёные, не исчезали бы исследования и рукописи при самых загадочных обстоятельствах. Кстати, почему на Синиз нет преступности? На Земле ведь бытовые преступления время от времени всё равно случаются, хотя опыт общественной эволюции там куда шире и больше. А на Синиз преступности на бытовой почве вообще нет. Гибнут только на службе человечества, в строю науки, при исполнении долга, по халатности или в результате нелепого несчастного случая… И вот что ещё интересно: больше половины погибших за последние годы – учёные гуманитарных специальностей. Или активисты Комитета Сопротивления, пытавшиеся бросить вызов звёздной политике Синиз на страницах печати.
          Неужели же Институт Исторических Технологий – не просто собрание благонамеренных моралистов, убеждённых, что чужую историю можно и нужно исправлять исподтишка? Что если там созрели новые идеи, которые исподволь давно уже превратили ИИТ в тайную полицию шарового скопления, а политиков Синиз заставили мечтать о новых горизонтах власти? Ничем иным нельзя было бы объяснить те мерзости, с которыми так неудачно для себя познакомил Торвена доктор Собо. Но зачем? Жажда наживы осталась в прошлом, жажда власти не может править таким обществом, для удовлетворения личных амбиций и комплексов условия на Синиз просто прекрасные и без этого. Чего же добивается эта чудовищная система? Что за мрачную тайну охраняют её деятельные адепты от своего и других народов?
          Имир Торвен чувствовал, что Комитету удалось ухватиться за край какой-то важной проблемы – той великой проблемы, которая оправдает или перечеркнёт все жертвы человечества Синиз на его неисследованном до сих пор историческом пути. И Комитет был совершенно прав, поручая ему раскрыть свою часть этой тайны. Кто ещё, кроме земного историка, не обязанного прикрыватся от вида правды искусным зеркалом местной работы, помог бы человечеству разобраться со стороны в том, как устроен его дом, почему этот дом становится вдруг неуютным для жизни, и какое чудовище там на самом деле угнездилось…
          Придвинув к себе тяжёлую коробку информатора, Торвен ввёл в машину четыре имени из блокнота. Спустя несколько минут он удовлетворённо вздохнул и погрузился в сосредоточенное изучение четырёх одинаковых светло-розовых карточек, лежавших перед ним на столе.

    О чём не сообщает информатор (№1: Сигдар Тарик)


    ИНФ + ЛК 00000063 :: СИГДАР ТАРИК :: РОД. 179 Н/С :: ОБР. ШК. №895 СП/ПРОФ + УНИВЕРСИТЕТ ШЕНАР + КУРСЫ ИСТ. ПРИКЛ. ТЕХ. №7 :: ПРОФЕССОР КАФЕДРЫ СРАВНИТЕЛЬНОЙ КСЕНОАРХЕОГРАФИИ УНИВЕРСИТЕТА ШЕНАР + ВЕДУЩИЙ С/Т/П «НА КРАЮ» :: ЧЛЕН ВЫСШЕГО СОБРАНИЯ СИНИЗ С 22 СОЗЫВА ПО С.Г. :: ЖЕНАТ НИКСУМ ТАРИК (10344987) :: 4 ДЕТЕЙ (СМ. 22097894, 22434214, 22437106, 35002764) :: СПОРТ ПАРАШЮТ + ЛОК-ЛОК + ПЛАВАНИЕ (БРАСС) :: ЧЕМП. ОБЩЕПЛ. СОСТЯЗАНИЙ ПО БРАССУ 218, 223, 231 ГГ :: ОБЩЕСТВ. ВЗЫСКАНИЙ НЕТ :: ЛК ДИСП.КОНЕЦ + ИНФ.КОНЕЦ

          Профессор Сигдар Тарик любил вставать рано, чтобы послушать, как птицы встречают рассвет. В окнах его дома вывешены были небольшие кормушки, и сонные птички загодя слетались на вывешенное угощение, чтобы поднять гвалт с первыми лучами солнца.
          Поднявшись с жёсткой, узкой постели, он принял живительный душ из ионов, круговыми движениями втёр в кожу вокруг бороды крем-депилятор. Он не любил носить бороду, но солидность обязывала его. В конце концов, у доктора Иалана Кшеш-Маалу есть седая борода – знак достоинства и мудрости. Почему же директор Института Исторических Технологий, одно из первых лиц на планете, будет вдруг появляться на публике лишённым точно такой же, убелённой сединами бороды?
          Дел на сегодня было запланировано немало, но запланированные дела могли подождать. Разыгрывалась какая-то скверная комбинация на Атмаре, планете, ставшей для профессора Тарика истинной головной болью в последние сорок лет. На Атмаре всё шло не так, как на других планетах. Вместо того, чтобы спокойно развиваться в рамках базовой теории, социальные движения Атмара откололи неслыханный номер: массы людей в глубине единственного атмарского континента, доведённые нищетой и отчаянием до полного равнодушия к собственной жизни, взялись вдруг самостоятельно и без всяких подсказок со стороны за ликвидацию старого строя. В центральной части Атмара произошла революция, которую смело можно было бы считать социалистической, если бы предпосылками к ней были уже развившиеся отношения мирового противостояния держав. Здесь же откололась и восстала часть великой империи, сохранявшей до того часа номинальное единство. Это противоречило базовой теории, это подрывало сами основы политической науки Синиз, и, таким образом, это превращалось в непредсказуемый эксперимент на людях. Эксперимент, который следовало остановить, пока он не перерос себя или не захлебнулся в крови экспериментаторов. Невозможно ведь, в самом деле, было бы считать происходящее на Атмаре настоящим революционным переходом к социализму! Социализм – наука точная, социализм создаётся только тогда, когда общество накапливает необходимый потенциал духовного и научного развития. Социализм создают Учителя, а не полуграмотные крестьяне и тем более не военные с магазинными винтовками. Для социализма необходим прежде всего новый Человек!
          И профессор Тарик, испуганный масштабами преобразований на Атмаре, продавил на годовом собрании Института план, предусматривавший возвращение заблудшей страны в русло базовой теории. Нашлось, без сомнения, множество экзальтированной научной молодёжи, которым нравился смелый атмарский эксперимент. Но он, Сигдар Тарик, сумел тогда настоять на своём – и ни разу не пожалел об этом. История не признаёт экспериментов, если их делают некомпетентные люди. Лучше точно известные заранее миллионы жертв, принесённые на алтарь социального развития в соответствии с общим планом, чем непонятное число погибших от безграмотности и социального волюнтаризма! Страшное, кровавое решение. Но разумное. В нашем деле совесть должна молчать. Мы исправляем историю людей, которые ещё не имеют совести. Мы в долгу перед будущим – их будущим, и своим будущим тоже. Мы выводим их на звёздную дорогу. Так, по крайней мере, считает Иалан Кшеш-Маалу, а это – серьёзный авторитет…
          – Вот так-то, мальчики и девочки, – пробормотал Тарик, потирая озябшие руки. Раз за разом, каждое утро, уже сорок лет он проговаривал сам перед собой эти тезисы. Как будто убеждал в своей правоте внимательного и вдумчивого врага, следившего непреклонными глазами за каждым шагом и словом профессора. – Так-то.
          В последнее время Атмар и Вилиминтали – две наиболее развитых технологически планеты – всё чаще начинали выходить из-под контроля сотрудников Института. Профессор считал, что это может быть связано с земным звездолётом: агентуре института было неплохо известно, что земляне высадили на нескольких планетах по одному-два наблюдателя, несмотря на чётко сформулированный запрет со стороны Высшего Собрания Синиз. У этих землян – своя этика, чёрт бы их побрал! И чёрт побери меня, если эта этика основана на ненасилии и созерцательности, как этика цивилизации Синиз!
          – Джок деджер! – вполголоса чертыхнулся профессор. Отпер сейф с хитроумным замком, вынул папку с докладами сотрудников по Атмару. Интересно, заложили бы душу хитроумные писаки из числа сочувствующих Комитету Сопротивления, чтобы заглянуть хоть одним глазком в эту папку? Хотя, с другой стороны, что сделали бы развязные писаки в наше время, получив эту информацию? Допустим, Высшее Собрание даст разрешение на публикацию. Или они опубликуют это подпольно. Ну и что? Разве у жителя Синиз, выросшего с детства в полном неведении об исторических ужасах и мерзостях прошлого, неагрессивного в стремлениях и помыслах, сверх любой меры весёлого – разве у него может возникнуть сомнение в том, что исторический путь Синиз, полностью подкреплённый базовой теорией, приведёт неизбежно к таким же правильным результатам на любой другой планете в любой части Вселенной? Чтобы сомневаться в этой правильности, нужно быть помешанным или слепцом. Нужно научиться задавать на ровном месте глупейший из вопросов – зачем? Зачем другим планетам повторять историю Синиз по нотам? Ответ прост: потому что эти ноты уже есть. Потому что они – нечто невообразимо реальное, как реален весь мир вокруг. Мы же не задаём вопроса – зачем реальность? Это просто неприлично. Доктора Кшеш-Маалу спросили как-то: зачем Вселенная? Он тогда ответил мудро: а зачем суп? А зачем в супе ложка? Мы не можем ответить в общем случае на вопрос «зачем»? Жизнь ставит перед нами другой. В сотни раз более важный вопрос – как надо? Как должно быть? И самый главный вопрос – как, джок деджер, добиться нужного результата?!
          Тарик бегло проглядывал последние донесения по Атмару. Донесения не утешали: миссия на юге, поддерживавшая курс Доркира на войну с самообъявленными атмарскими социалистами, проваливалась в результате решительной работы повстанческой разведки. «Джок деджер! Такими темпами агенты атмарцев, пожалуй, доберутся до моего сейфа раньше, чем экзальтированные юнцы из Комитета Сопротивления!» Он усмехнулся: вот это была бы катастрофа! Операция со стороны разведки подопечной планеты заставила бы всю планету встряхнуться: вовсе незачем инопланетянам хозяйничать у нас в доме, сами же экзальтированные юнцы не потерпят на Синиз чужого тайного присутствия. В принципе, этот вариант следовало обдумать получше. Просто так, на всякий случай…
          Директор ИИТ не исключал и того, что земляне могут выступить на стороне атмарских повстанцев. Во всяком случае, гибель доктора Собо могла быть делом их рук. Да нет, сомнительно: всё-таки люди высокой культуры, две с половиной тысячи лет экстенсивного развития, личная жестокость за это время должна была неизбежно выродиться. С другой стороны, чужая душа потёмки. Давая доктору Собо задание повязать перспективного землянина кровью иномирцев, Тарик понимал, что идёт на риск. Неужели проклятый дьявол понял, что его втягивают в игру Института против пришельцев? Да нет, это вряд ли. Земляне бесхитростны. Может быть, стратегия была неправильно выбрана с самого начала? Нужно было просто обратиться к нему как к равному, попросить помощи от имени Синиз в грандиозных планах преобразований?       Профессор покачал головой, отгоняя соблазнительное видение. Нет, так нельзя. Этот чужак ещё не созрел для правды. Люди в массе своей ещё вообще не созрели для правды. Для обычного человека глядеть на неприкрытую правду так же опасно, как заглянуть в глаза мифическому чудовищу, вид которого превращал всё живое в неподвижный камень. На правду лучше всего глядеть сквозь зеркало моральных норм, прикрываясь надёжным щитом личной и общественной этики…

          Торвен не стал рассматривать кандидатуру профессора Тарика. Этот человек его не заинтересовал. Если не по склонностям души, то в силу своего положения директор ИИТ наверняка привык уже манипулировать человеческими жизнями, как манипулируют спекулянты удобной разменной монетой. Имей профессор на руках такой сильный козырь, как сомнительного свойства тайна, касающаяся всей Синиз – он либо приберегает его на чёрный день, либо уже давно открыл бы его и пустил в ход. В любом случае, шансы на то, что через Тарика удастся добраться до цели задания, были смехотворно низкими. Пожалуй, более низкими, чем с любым другим кандидатом из списка.
          И Имир Торвен, не раздумывая, выкинул карточку Тарика в утилизатор.
  • Комментарии 
    3rd-Nov-2008 08:26 pm (UTC)
    А вот у меня вопрос.
    На Синиз НЕТ бытовых преступлений??
    Что у нас относится к бытовым преступлениям? Оскорбления, кража, клевета, бытовые убийства, возможно - ограбления, изнасилования... Они основаны на примитивных, очень глубоко лежащих инстинктах людей, а значит - устранить их сложнее всего. Если общество (правительство?) Синиз ДЕЙСТВИТЕЛЬНО смогло их ненасильственными методами прекратить - они определенно заслуживают того, чтобы оставить в покое их тайны. Потому что сообщество, воспитавшее в своих членах умение стать безопасными для себя - приемлемыми методами (а не смертной казнью за кражу булки) - заслуживает уважения, мне кажется. И открытого противостояния, а не тайного поиска чужих тайн неясной полезности.
    ...Либо статистика Синиз безжалостно врет?
    4th-Nov-2008 03:50 am (UTC)
    Я не автор :), но попытаюсь сформулировать мнение.
    Претензии к Синиз - в том, что именно их тайны двигают ими при совершении преступлений против общества, не только своего, но и чужого. И в этом их не извиняет отсутствие у них дома преступлений против личности или собственности. Это просто разные вещи, хотя они, несомненно, связаны. То, что у кого-то в доме чистота и порядок, не дает же ему на этом основании права лезть в чужой дом тайком и вынимать у хозяина из сейфа пистолет только потому, что он, сосед, никак не хочет убрать в доме :)

    4th-Nov-2008 06:02 am (UTC)
    Для Комитета Сопротивления эти тайны - не чужие. Это у них нет бытовой преступности, и это они ищут тайну своей цивилизации - тайну, которую скрывают от них же.

    Землянин, которого уже пытались вовлечь в предательство и убийство чужаков - всего лишь их добровольный помощник.
    4th-Nov-2008 06:24 am (UTC)
    Кстати, да: лучше бы у них была бытовая преступность, чем политическая.
    Выпуск подгружен %mon%