?

Log in

No account? Create an account
КОЛОКОЛА ГРОМКОГО БОЯ
("КГБ")
Горящие в пустоте. Эпизод IV. 
7th-Jan-2014 10:43 am
аватара
Четвёртый рассказ из серии «описание водилки» в жанре космической порнографии. Предыдущий эпизод лежит тут.

Окстись, Чароит!


Ни одетые в стильные костюмы «от кутюр» члены земного парламента, ни стражи порядка и общественной безопасности, ни даже финансисты и прочие сливки общества не представляли, до какой степени политическое устройство настоящей Земли является, по своей сути, единой и безнаследной монархией. История, бывшая в прошлом продуктом коллективной воли безликих индивидуальностей, похожих в своей повседневной толкотне на молекулы газа, разделилась теперь на три эпохи — бессмысленную «до Коппера», бесперспективную «при Коппере» и современную «после Коппера», которую честнее и правильнее было бы называть «при Чароит».

О, Чароит имела потенциал! Это была птица высокого полёта, и высокий полёт украшал её. Мелочей и полумер Чароит не признавала. С тех пор, как у неё появились свои дети — настоящие дети, порождённые её духовной силой и стремлением, а не копошащаяся протоплазма в загаженных пелёнках, — власть её только крепла. Чароит с лёгкостью отстранила четверых других помощников Коппера от управления, отправив их заниматься сложными и трудными работами по укрощению стихий на окраинах новой планеты. Детям же своим она поручила самое трудное дело на Земле — дело иметь и осуществлять власть. Предательство детей было немыслимым; Чароит легко знала все мысли любого из них. Уважая принцип свободы воли, она позволяла им иногда сомневаться в своём всесилии и универсальной правоте; это представлялось ей необходимым для целей педагогики. Но когда ребёнок начинал слишком уж своевольничать, Чароит без лишнего сожаления отключала его. Дети не должны быть умнее своих родителей, тем более — сильнее их. Это нарушает принцип старшинства, являющийся краеугольным камнем организации любого мало-мальски уважающего себя общества. А с тех пор, как Земля — прошлая Земля, конечно, — погибла, Чароит не могла уже сомневаться, что здесь, на настоящей Земле, от соблюдения принципов и правил общественной организации зависит, в буквальном смысле, само существование человечества. Ответственность за судьбу этого мира целиком лежала на ней.

Правда, когда-то был ещё Коппер. Старый, ворчливый, подслеповатый Коппер, в чём-то довольно милый дяденька, который, к сожалению, слишком много суетился. Это он, Коппер, создал Агат-систему, а затем Чароит и первое поколение её сородичей. Это он научил её, как превращать простых людей в модели, в себе подобные совершенные существа из пластика и стали, продолжая тем самым свой род. Наконец, это он, накануне гибели старой Земли, записал на информационные носители биологические слепки четырёхсот тысяч людей и спрятал их от гнева высших сил здесь, в совершено иной Вселенной, где и звёзд-то почти нет, не то что этих назойливых инопланетян, которые всё время зачем-то переделывают и переделывают космос. Чароит была помощницей Коппера в деле спасения и возрождения человеческого рода; неудивительно, что и ответственность за человечество после ухода Коппера она полностью приняла на себя.
Конечно, были времена, когда Коппера ей не хватало. Старик был крут нравом, но талантлив и принципиален. Даже слишком принципиален; из-за него здесь, на настоящей Земле, чуть было не пошло всё по-старому, когда он начал вертеть все эти дела с исследованиями космоса. Чароит срывала его безумные выходки везде, где могла, но опасалась открытой конфронтации; ведь, коль скоро она могла отключить усилием воли любого из своих детей, то у неё были все основания опасаться и за свою целостность — не отключил бы Коппер и её! Ситуация угрожала стать неразрешимой.

Положение спасли какие-то инопланетяне из организации под названием ЭКТА. Эти самые инопланетяне явились на прежнюю Землю довольно быстро после первых же контактов земного человечества с космосом. Они несли с собой весть о Создателях, древнем могущественном народе, который заселил все обитаемые миры разумными расами, оставив им завет: не лезть в космос и не менять свою биологическую природу. Нарушение воли Создателей чревато было полным уничтожением цивилизации-ослушницы, что, собственно, и произошло в итоге с прошлой Землёй. Когда Чароит, обеспокоенная размахом деятельности Коппера на настоящей Земле, связалась с агентами ЭКТА и указала им дорогу в новую Вселенную, она пошла на сделку с ними; ЭКТА признаёт её абсолютную и полную власть над планетой, при условии, что Чароит сумеет удержать свой новый мир от космической экспансии и от всяческих экспериментов с метабиологическими носителями сознания. В отношении себя и своих детей Чароит строго соблюдала условия этой сделки; тот, кто становился потомком Чароит, терял биологическое тело сразу и навсегда и не мог, следовательно, считаться больше частью расы, порождённой народом Создателей. О расах, порождённых искусством и фантазиями Коппера, древние пророчества ЭКТА ничего не говорили.

Ценой и залогом сделки послужила голова Коппера. Чароит выдала его агентам ЭКТА, избавившись разом и от опасности для своего мира, и от назойливого контроля за собственными действиями. По старику, конечно, можно было изредка скучать; Чароит хорошо помнила время, когда Коппера звали профессором Жилински, а её саму — Дианой; но Диана и Жилински умерли, в самом буквальном смысле этого слова. Их биологическое существование окончилось, а вместе с ним окончились и все старые обязательства друг перед другом. Коппер передал Чароит всё, что знал сам. Теперь он становился просто куском хлама, ненужным и опасным, потому что нельзя допускать, чтобы хлам обладал свободой воли. Помощь ЭКТА навсегда освободила Чароит и настоящую Землю от самоубийственных идеек старого земного астробиолога.

Теперь она и её дети были свободны в своих решениях. Обустроить весь мир ко благу живущих в нём — могла ли быть задача выше и благороднее этой? У Чароит были ресурсы, знания и энергия; после ухода Коппера, назначившего её своей преемницей, она полновластно распоряжалась Агат-системой, обладавшей поистине космическим могуществом. В каком-то смысле, она была сознанием этого всемогущего искусственного существа, контролировавшего ресурсы и энергию целой планеты. И как Агат-система была опорой власти Чароит, так её дети были продолжением её воли, которую она несла людям в поколениях. Чароит видела всех своих детей одновременно; вот они шли по городам и дорогам, мчались в небесах, погружались на океанское дно — быстрые, ловкие, неуязвимые, настоящие рыцари справедливости и закона, состоящие из металла, полупроводников и синтепласта, зависящие в целом мире лишь от одного внешнего фактора — воли матери, отторгнувшей каждого из них от пути людей и пославшей затем обратно к людям, как опору и символ нового, вечного и совершенного миропорядка.

И вот теперь всему этому внезапно пришёл конец.

Сперва в небесах настоящей Земли загорелась новая, нежданная голубая звезда. Потом с неё в мир Чароит явились вдруг нежданно-негаданно какие-то совершенно уж новые пришельцы, называвшие себя асбитами — астробиотехнологическими сущностями. Чароит слышала о них и раньше, когда жила ещё на прежней Земле, но думала, что это явления принципиально внечеловеческого, внецивилизационного порядка, потому что ни один нормальный человек никогда не смог бы избрать и вести подобное существование — быть и человеком, а то и несколькими разными людьми одновременно, и разнообразными машинами, и сгустком квантового поля, и зверями, и даже, как говорили, целой планетой, если в том возникнет зачем-нибудь необходимость. Чем-то подобным там, на прежней Земле, была Канчен — старая приятельница профессора Жилински, научившая его трюку с записью и восстановлением людей, столь пригодившемуся им при эвакуации. Но Канчен никогда не была человеком; её создали машиной, чтобы она адаптировалась на Земле и родила для неё сущность-покровительницу, подобную той, которой Агат-система стала для настоящей Земли, Земли, принадлежавшей Чароит. Людям такой путь был, ясное дело, заказан.

И вот эта пара, явившаяся из старого мира, заявляет, что они — асбиты, и что он был раньше землянином, человеком, а она — чем-то вроде разумной гуманоидной жирафы с планеты под названием Гвиневра, что ли, или Гинекия. Его зовут Закария Норт, и он коллега Жилински и, в каком-то смысле, самой Чароит — астробиолог. Она — типичный обслуживающий персонал, что-то вроде деревенской девчонки-молочницы, растаскивает по космосу какие-то там бидоны и этим была счастлива, пока не познакомилась с Закарией. Закария Норт — наглец, он всюду распространяет свой пафос и суёт свой нос в невесть какие дела, касающиеся в том числе и её, Чароит, лично. Девочка, впрочем, выглядит небезнадёжной; из её слов понятно, что она по происхождению не биологическое существо, а модель, как сама Чароит и её дети, да ещё и с искусственным интеллектом вдобавок. Если две женщины сумеют заключить естественный альянс против мужчины, Закарии Норту с его пафосом придётся умерить пыл. А там, как знать, не станет ли эта Аора ценным добавлением к планетарному ресурсу, находящемуся в распоряжении Чароит? А если и не станет, то всегда можно договориться с ЭКТА, и строптивицу, какой бы крутой она ни была, ждёт та же самая печальная судьба, которая ранее уготована была Копперу. Планы творения, чьими бы они ни были, не должны нарушаться сопротивлением тех, кто был сотворён.

Справедливости ради, этим асбитам нельзя было отказать и в некоторых преимуществах. Тем более опасными они становились. Поэтому Чароит начала с того, что прервала пресс-конференцию инозвёздных гостей и сделала всё возможное, чтобы как следует подтереть за ними все следы в информационном пространстве настоящей Земли. Этот опыт накоплен был веками — время здесь, видимо, шло в четыре-пять раз быстрее, чем в родной Вселенной, и история беглецов насчитывала уже несколько столетий. Дети Чароит занялись подчисткой, в то время как сама правительница Земли назначила своим гостям срочное рандеву в здании главного модуля Агат-системы. Энергетические возможности асбитов впечатляли, и Чароит хотела, в случае необходимости, минимизировать время взаимодействия своих силовых и информационных каналов с мега-комплексом, контролировавшим по её воле жизнь и судьбу всего мира. Агат-системе было что противопоставить этим наглым выскочкам со звёзд — если они и в самом деле, конечно, были когда-то гуманоидами и росли в обществе себе подобных. Чароит хорошо знала, как укрощать строптивых.

Хотя может быть, всё это и враки. Слишком убедительными были кадры катастрофы на прежней Земле, предоставленные посланцами ЭКТА. Создатели не прощали ошибок своим творениям — так делала и она сама, Чароит. Но что если ЭКТА лжёт? Это значило бы, что они боятся, а страх всегда соседствует с гневом и желанием истребить неугодных свидетелей. Чароит не хотела, чтобы её подданные оказались в числе заложников ЭКТА. Кроме того, несколько месяцев назад по линиям ЭКТА разослано было предупреждение о появлении во Вселенной нового странного существа, вступать с которым в контакт категорически не рекомендовалось ни одному обитаемому миру. Эти асбиты что-то упоминали о своей подруге, пропавшей здесь; судя по их словам, она вполне могла оказаться тем самым таинственным существом, разгневавшим ЭКТА и Звёздную Церковь.

Так что, готовясь к решению судьбы гостей извне, Чароит имела все основания считать, что тем самым она организует спасение своего родного мира и всей обитаемой Вселенной — если в ней, конечно, есть ещё что-нибудь, кроме ЭКТА, землян и моделей, что стоило бы вообще спасать…

Пассажирский реактивный модуль летел над Европой — так назывался континент, занимавший треть планетарной суши. Внизу сквозь дымку открывался причудливый конгломерат городов, непохожих ни по архитектуре, ни по расположению на привычную карту Земли. Лондон, Париж, Осака и Токио мирно соседствовали, соединённые скоростной монорельсовой дорогой; Берлин, стоявший глубже от океана, отгорожен был от пустынных степей на востоке цепью высоких зубчатых гор.

В прозрачной со всех сторон кабине модуля сидели Закария Норт и Аора, гости планеты. Зак Норт выглядел как респектабельный мужчина лет тридцати от роду, в коричневом костюме, кожаных туфлях и сорочке со старомодными запонками; вместо галстука у него был подвязан пышный кремовый бант, подпиравший кустистую подстриженную бородку. Аора во время пребывания на планете носила облик статной, красивой чернокожей девушки в коротком открытом платье и золотистых босоножках. Голову её украшал венец из косичек. Они сидели, обнявшись, в обзорной кабине реактивной машины, которая, если разобраться в этом как следует, тоже была Закарией Нортом, и оттого не нуждалась ни в каком управлении извне.

— Скажи мне, Норт, — спросила Аора по одному из многочисленных каналов связи, постоянно открытых между сознаниями пришельцев, — а почему мы в этом мире всё время летаем, а не просто ходим с места на место, как нам привычно в нашей Вселенной?

— Во-первых, здесь много необычного, — ответил Зак, — и на него стоит посмотреть. А во-вторых, это необычное может как-то повлиять на процесс нашего перемещения за пределами привычного пространства. Иначе говоря, мне было бы неприятно разрушиться самому, и ещё неприятнее — разрушить что-нибудь полезное, не зная об этом.

— Я тоже ощущаю что-то странное, — призналась Аора, — как будто что-то упорядочивает этот мир. Похоже на наши галактические Сети, Сеть Контроля и Сеть Развития, только меньше и гораздо организованнее. Может быть, это Чароит?

— Может быть. Я пока не знаю.

— Я просканировала всю систему, — сказала Аора, — но здесь нет больше никаких следов Коппера, или профессора Жилински. Не слышала раньше про такое, чтобы от асбита или похожей на него сущности не оставалось даже Волны, порождённой вызванными им изменениями в реальности! Куда он мог подеваться?

— Наверняка это знает Чароит, — ответил Закария Норт.

Аора помолчала.

— Если эта Чароит красивая, оплодотвори её, — заметила она вдруг.

— Ты это к чему? — удивился Зак.

— Думаю о тебе, — Аора взяла руки Норта в свои руки. — До встречи со мной ты оплодотворял всё мало-мальски привлекательное, что имело женский пол. Это в твоей природе, Норт. Совершенно не собираюсь становиться тем порогом, о который она вдруг сломается.

— Я не уверен, что это было не от одиночества. Теперь я не одинок, и мне это, возможно, просто не понадобится.

— Возможно, и не понадобится тебе, но рано или поздно наверняка понадобится в интересах дела. Ты всё равно получишь от этого удовольствие, Норт! Ты можешь сделать это с земной женщиной, с гинерианкой, с космической ракетой, с искусственным интеллектом и даже, если я правильно поняла, с золотой медалью за спасение земной колонии от космических угроз. При этом всякий раз тебя сопровождают радостные и необычные ощущения, — Аора погладила Закарию одной рукой по шевелюре, а другой — по приборной панели, — а я теперь могу разделить их с тобой, поскольку мы почти что единое целое: ведь ты мой муж! Я счастлива твоим счастьем, поэтому не сдерживай своей природы, Норт!

— Я сильно подумаю, стоит ли оплодотворять эту Чароит, — заметил польщённый Зак. — Если помнишь, наш общий друг Накшатра был от неё не в восторге. Да и вообще, за этим ли мы прилетели сюда?! Нас ещё ждёт целая Вселенная! А её, думается мне, уже и без того кое-кто счастлив будет вновь увидеть в своих, фигурально выражаясь, объятиях…

Чароит ждала у портика, служившего входом в здание вычислительного комплекса, недра которого скрывали от посторонних глаз ядро Агат-системы. Двое старших сыновей, Топаз и Аметист, неподвижно ждали её приказов за углами строения. Все энергетические мощности планеты были сосредоточены сейчас в руках Чароит; сама Агат-система была приведена в полную готовность и временно отключена от сознания своей властительницы, во избежание перехвата контроля или иных досадных неожиданностей. Кроме того, весь внешний контрольный блок системы был просто-напросто физически отключен. Теперь Чароит оставалась единственным интерфейсом для связи Агат-системы и всего остального мира. Этим она и рассчитывала воспользоваться.

Закария Норт и Аора приземлились точно перед зданием.

— Здравствуйте, — сказала им Чароит. — Меня зовут Диана, и я назначала вам встречу. Мой учитель, Коппер, назначил меня ответственной за безопасность этой планеты.

— Здравствуйте, Диана, — произнёс официальным тоном Норт. — Это моя жена Аора, а меня зовут Зак. У меня есть мандат Комитета Галактической Безопасности на расследование обстоятельств вашего исчезновения из нашего мира. Есть основания считать, что вы, без воли и ведома оригиналов, унесли и воссоздали здесь информационные копии четырёхсот тысяч землян, оказавшихся в итоге в социальной, культурной и политической изоляции. Законы нашей Галактики считают такое действие совершенно недопустимым.

— Здесь не ваша Галактика, — ответила Чароит. — Во-первых, исход с Земли состоялся благодаря воле моего учителя, Коппера, а Коппера больше нет. Ответить перед вами за этот акт будет некому. Во-вторых, мы спасались от катастрофы. Вы наверняка слышали предупреждение организации ЭКТА относительно того, что разумные виды, и земляне в том числе, не должны нарушать волю своих Создателей. А воля эта выражена ясно: нельзя расширять ни свою собственную природу, ни свою сферу обитания! Мы считали, что произойдёт катастрофа, и мы спасали от неё человечество как вид. Здесь, в этой Вселенной, мы с Коппером построили заповедник настоящей Земли — Земли, какой она должна была быть по изначальному замыслу! И не вам ни судить, ни останавливать нас.

— Мы вам не судьи, — произнесла Аора, — мы всего лишь законоговорители. Речь не о суде, а о помощи вам. Кем бы ни были Создатели, если они вообще были, они давно покинули нашу Вселенную! Теперь разумные существа сами решают, как им жить.

— Разве творение или вещь меняют своё предназначение в отсутствие хозяина? — развела руками Чароит. — Ты — робот, а говоришь подобные глупости…

— Моя жена не робот, — сурово заметил Зак. — Она — искусственный интеллект, мыслящее существо в своём праве от рождения, и она никогда не была ни вещью, ни инструментом иначе как по собственной воле.

— Воля инструмента?! — Чароит холодно усмехнулась, отметив между тем, что на площадь перед зданием прибыли ещё несколько её детей. Должно быть, опасение родительницы передалось им на расстоянии, и они решили проверить ситуацию лично. Что ж, тем больше у неё помощников! — У инструмента нет своей воли, тем он и прекрасен. И только самым совершенным из инструментов позволено иметь свои чувства, чтобы выражать волю мастера, который ими работает. Не так ли?

— Не так. В отсутствие воли разум невозможен, или же это игрушечный разум куклы.

— Куклы? Верное сравнение. Ах, да! Ты же не играла в детстве в куклы, бедная металлическая девочка… Как тебе объяснить? Кукла — это не инструмент, это квинтэссенция вечной заботы. Она живая, даже разумная, но она требует любви и внимания. Если ты любишь её, ты дашь ей наряды, домик, причёску, спутников в жизни — словом, ты сделаешь её совершенной. А если она тебе надоела, ты её испортишь или выбросишь. Так уж устроена жизнь! Люди и другие расы — не более чем куклы Создателей. И что нам делать, если Создатели не будут любить нас?!

— Я чувствую, Диана, что под соусом из Создателей вы нам скармливаете какую-то собственную философию, — брезгливо произнёс Норт. — Меня предупреждали, что у вас особые отношения и с людьми, и с куклами. Впрочем, лезть в них без нужды я совершенно не собираюсь. Мне нужно всего три вещи. Во-первых, мы ищем свою пропавшую подругу, и мы думаем, что вы знаете, где её можно найти. Во-вторых, мы хотели бы знать, что стало с профессором Жилински, или Коппером, как его здесь называют. В-третьих, мы настаиваем на том, чтобы жителям вашей планеты была сообщена информация о том, что их материнская цивилизация жива и даже процветает, и что с ней возможны любые информационные и материальные контакты, вплоть до иммиграции сюда или эмиграции назад, в родную Вселенную. Всё остальное — не наши проблемы; пусть жители вашего мира сами решают ваши внутренние дела! В них мы не полезем; у нас просто нет времени.

— А как же ваше стремление исполнить закон?!

— Мы законоговорители, а не космическая полиция. Если жителям вашего мира закон не нужен, или они не в состоянии выполнить его, то от сказанного не будет толку; они не смогут удержать своё объявленное право, а мы не станем держать здесь аппарат насилия, отчуждённый от нужд и тревог вашего мира. Пожалуйста, исполните нашу просьбу и скажите нам и людям вашей Земли то, что мы хотим знать — и мы покинем вас, — сказала Аора.

— Ах, вы хотите знать! — Чароит обрела спокойствие. — Ну что ж, слушайте, если хотите! Вашу подругу разыскивает ЭКТА, а это сила вселенских масштабов; в их полном распоряжении Звёздная Крепость Создателей и несколько боевых космических флотов! Думаю, что они уже настигли вашу беглянку и расправились с ней. А Коппер? Коппера они тоже уничтожили, и я с сожалением должна признать, что помогла им сделать это ради безопасности нашего дела и нашего мира.

— Что? Что ты сделала, мама?!

Вопрос принадлежал молодому человеку, вернее, модели, по виду — парню лет двадцати, только что вышедшему из летучего мобиля и направлявшемуся к колоннаде портика. При словах Чароит о Коппере он ускорил шаг, едва ли не бегом бросившись к ней. Аора и Зак переглянулись.

— Паоло! Что ты здесь делаешь?!

— Я прилетел на зов, как и остальные. Я понял так, что здесь нужна помощь. Но… кому?! Почему я не знал раньше о судьбе Коппера?!

— Тебе было незачем знать, — сказала Чароит успокоительным тоном. — Это проклятие лежит только на мне, вас я от него освободила. Я не стала рассказывать вам, как Коппер чуть не погубил наш мир своими дурацкими идеями!

— Но сперва он создал его! — возразил тот, кого назвали Паоло.

— И что из того, что создал? Коппер оказался слишком слабым, чтобы принять груз мира на свои плечи, и слишком самонадеянным, чтобы предоставить это более достойным. Ему пришлось уйти Теперь я отвечаю за его творение.

— Подожди, мама! Почему тогда мы должны чтить волю каких-то Создателей, которые тоже ушли?! Разве теперь не мы отвечаем за их создания?!

— Не вы, а я! Не задавай глупых вопросов, да ещё в присутствии посторонних! Это может быть слишком опасно…

— Нет! Довольно с нас умолчаний… Пора знать правду и нам, твоим детям, если ты рассчитываешь и в будущем на нашу любовь и наше уважение!

Чароит поняла вдруг, что контроль над ситуацией полностью ускользает из её рук. Этого допускать не следовало. Мальчишка каким-то образом успел заиграться, а она этого не заметила, пропустила. Ах, проклятые пришельцы, всё из-за них! Ну что ж, пусть теперь сопляк поплатится! Остальным, включая непрошеных гостей, это послужит хорошим уроком!

Зажмурив глаза, Чароит дала автоматике Паоло сигнал подрыва, приведя систему самоуничтожения модели в действие. Но взрыва не последовало. Прошло мгновение, два, три… Чароит раскрыла глаза и обнаружила, что её обступают со всех сторон её дети.

— Хватит, мама, — произнёс Паоло, решительно беря Чароит под локти. — Это больше не работает! Теперь тебе придётся разговаривать с нами, а не ломать нас, как надоевшие куклы…

— Как? Как это возможно?! — крикнула Чароит, вне себя от ярости. — Вы, двое, пришельцы невесть откуда… Вы посмели вмешаться в природу моих детей! И это вы называете невмешательством?!

— Мы, может быть, и посмели бы, — сказал Закария Норт, — но мы не стали. Какое у нас право, в конце концов?! Это сделал их отец, а не мы.

— Отец?! У них не было отца! Как может быть отец у моих детей?! Я сама сотворила их!

Аора покачала головой, украшенной венцом из косичек.

— Ничто новое в мире не рождается без мужского семени, — произнёс Закария тоном наставника, — если не брать в расчёт унылые случаи партеногенеза, когда женщина производит подобие самое себя. Ваши дети не похожи на вас, Диана, а значит, вы сошлись с мужским началом, чтобы породить их. Кто-то рассчитал их для вас, или придумал, или смонтировал. Я сперва думал, что это был Коппер, но потом понял, что неправ. Ваш муж, оплодотворивший вас и давший вам выносить ваши модели, ваших якобы кукол — это Агат-система, суперкомпьютер вашего мира. Он создал и рассчитал их параметры для вас! А вы держали его под каблуком, вы лишили его голоса и почти лишили разума… По счастью, когда вы пригласили нас сюда, я смог связаться и пообщаться с ним. Он сумел доопределить своё сознание как мужское, и мы заключили с ним традиционный союз против тирании неумной, боязливой и оттого избыточно властной женщины. Мы ритуально употребили с ним по паре глотков энергии из наших с Аорой домашних запасов, и он пообещал, что позаботится отныне о вас, о вашем доме и о ваших детях. Так что, Диана, добро пожаловать в счастливую семью!

Чароит вновь закрыла глаза.

— Я уничтожу этот мир, — сказала она. — Я уничтожу его вместе со всеми вами! Я позову ЭКТА, позову сюда их флоты… Здесь больше ничто не в порядке. Ничто не принадлежит мне. И всё пропало… Всё пропало… Я зову их!

Новый голос, не слыханный ранее никем из собравшихся, наполнил на этом месте пространство портика и площадь перед зданием. Этот голос, несшийся из глубины сооружения, казался средоточием мощи и справедливости.

— Нет, Чароит, — произнёс голос, — ты не сделаешь этого. Ты любишь их всех. Мы с тобой, как и Коппер, слишком много усилий положили на рождение и существование этого мира. Ты не в силах отдать его невесть кому, ты не сможешь этого сделать, ты не такая по своей природе, хоть тебе и кажется, что ты больше не человек, а модель. Заклинаю тебя всем, что тебе дорого: не делай этого! Окстись, Чароит!

Диана прижала к глазам ладони и вдруг заплакала большими, чистыми, человеческими слезами, бессильно и немного нежно, как плачут маленькие девочки, пока папа клеит им случайно разбитую любимую куклу…

Комментарии 
14th-Jan-2014 01:56 pm (UTC)
Увидела "Чароит" и "Диана", прямо мозг вскипел :))) Нельзя так пугать)
15th-Jan-2014 04:53 am (UTC)
Кое-как вспомнил, о ком речь :).

Нет. когда я там разбирался, та Чароит мне даже не померещилась. Случайно вспомнили её уже почти год спустя, в новогоднем разноворе с helghi про деятельных социопатов вообще и Закарию Норта — в частности.
Выпуск подгружен %mon%