?

Log in

No account? Create an account
КОЛОКОЛА ГРОМКОГО БОЯ
("КГБ")
Тайская сказка. 
6th-Apr-2014 02:42 pm
аватара

Монах снял и протёр очки, бросил в корзину использованную бумажную салфетку и глубоко задумался.

— Вы ведь наверняка знаете о народе каренов, — произнёс он, начиная свой рассказ. — Это переселенцы из Мьянмы, или Бирмы, как её называли в те времена, когда и наш Таиланд был ещё Сиамом. Наверняка вы видели каренских женщин — их длинные шеи украшены множеством золотых колец, и они одеваются в цветные куски материи. Карены рассказывают историю Нокуди, как свою легенду, но на самом деле даже мы, учёные монахи, не знаем, какому народу принадлежала эта история изначально… Я называю её историей о двух бабушках, хотя главные действующие лица в ней, пожалуй, наоборот, две весьма симпатичных и юных девушки, приходившиеся друг другу родными сёстрами.

История о двух бабушках


Нокуди родилась в маленькой крестьянской общине. У крестьян издревле было много дел: надо было сажать и собирать рис, строить и возделывать дома, кормить и резать скот, растить и учить детей, да ещё и работать помногу на общее благо: то дорогу гатить, то возводить крепостные сооружения, а то добывать в горах рубины и сапфиры, чтобы умножать богатство страны. Оттого жили крестьяне трудно и мало, легко заболевали и среди тяжкого труда расставались с жизнью. Злая болотная лихорадка унесла мать Нокуди и её сестры, когда девочки были ещё маленькими, а год спустя их отец попал под бревно на строительстве укрепления и сломал себе ногу. Рана была нетяжёлой, но лечение её требовало много сил и забот, и потому мудрые старики, собравшись на сход, постановили дать отцу Нокуди отравленное питьё, чтобы избавить его от страданий, а себя и своих сородичей — от забот о нём.

И остались Нокуди с сестрёнкой в доме своей бабушки, Пины. Пина слыла знахаркой и ведьмой, она входила в деревенский совет мудрых и знала все обычаи общины назубок. Это она приготовила своими руками отраву для отца Нокуди. Девочек она растила в строгости, не давала им переедать или отсыпаться лишку, и учила их всему, что составляет основу крестьянского быта.

— Не ленись, не сиди, не спи, не развлекайся. Труженик в труде рождён, в труде воспитан, в труде живёт и в труде умирает. Нет человека, есть его труд. А кто не может трудиться, тот да сгинет!

И девочки трудились не покладая рук, вставали до рассвета и ложились, когда над землёю стояла уже непроницаемая звёздная мгла. Когда заканчивалась работа по дому и на поле, строгая бабушка Пина отправляла сестёр к другим крестьянам, чтобы помогать и там. Девочки помогали ловить рыбу, молоть муку и растить чудесные фрукты, но еда их самих состояла из ежедневной ложки бурого риса, куда подчас примешивались собранные в лесу съедобные муравьи и пара сушёных рыбьих голов.

— Пусть другие едят, что мы тут насобирали, — говорили Нокуди бабушка и другие взрослые. — Мы люди простые, трудовые, нам господской еды и фруктов не надо. В простоте вся наша сила!

И Нокуди с сестрой ели, давясь, сухой бурый рис и запивали его коричневой торфянистой водой из тропического ручья. Спали они на дощатых топчанах, которые на день превращались в рабочие столы, а одежду свою стирали щёлоком.

Как Нокуди, так и её сестрёнка Нокува скоро освоили все премудрости крестьянского быта. Они могли связать циновку, сжать рисовый чек или выкопать глыбу руды из болота с той же лёгкостью, с какой мы с вами пользуемся дверью или звонком. Но у Нокуди всё это получалось быстрее и лучше, чем у большинства других девочек в её возрасте. Она была резва и весела, и взрослые часто улыбались, видя её; а ещё она умела петь, хотя в общине не были приняты ни улыбки, ни пение.

И у Нокуди, как ни следила за ней старая Пина, появилась всё же минутка-другая свободного времени, которые она могла ежедневно уделять друзьям. Друзьями этими были две рыбки — бархатисто-чёрные, усатые, с огненно-красными хвостами, жившие в запруде у рисового поля. Нокуди носила им варёный рис и фруктовую кожуру, а иногда и червей, и часто, пробегая по делам через мостик над запрудой, останавливалась и окликала их. Рыбки с удовольствием приплывали на её голос.

Когда об этом узнала бабушка Пина, она сильно расстроилась и даже разозлилась.

— Нечего заниматься глупостями, — сурово сказала она внучке. — Ты не ребёнок, а взрослая. Мы, крестьяне, должны трудиться, а не играть с рыбками. И если у тебя есть лишний рис, отдай его голодному, а не подкармливай бессмысленных тварей!

— Но я всё равно пробегаю по делам через этот мостик по десять раз на дню, — возразила Нокуди. — И рис этот был бы всё равно съеден мной. Отчего же мне не поделиться ими с теми, кого я люблю?!

— Ты должна любить свою общину и свою работу, — строго сказала бабушка. И она урезала Нокуди порцию риса, так что девочке еле хватало на то, чтобы ноги волочить. Но Нокуди продолжала собирать на листве несъедобных червей и слизняков и украдкой, тайком от бабушки, подкармливала рыбок. Её сестра Нокува помогала ей сохранить втайне это занятие.

Но обмануть мудрую женщину сложно. Старая Пина догадалась, что внучки обманывают её. И тогда она в отсутствие Нокуди пошла с Нокувой на мостик и между прочим сказала ей:

— Я же знаю, что Нокуди продолжает кормить своих рыбок, да и тебе показала, как это делается. Я сурова, потому что я должна вырастить из вас достойных людей, уважающих свой и чужой труд. Но и я была девочкой, и я хорошо помню эти времена, хоть сейчас я и стара, как трухлявый пень. Покажи мне, Нокува, как вы с сестрой кормите ваших рыбок! Дай мне вспомнить те дни, когда и в моей жизни было что-то, кроме беспросветного тяжкого труда!
Нокува пожалела старую бабушку. Сняв с травинок нескольких слизней, она опустила их в воду и позвала рыбок. Доверчивые рыбки высунули навстречу людям свои глупые чёрные морды, надеясь на вкусное угощение. Тут-то старая Пина и вцепилась своими скрюченными пальцами прямо в жабры одной из рыбок! Вытащив рыбку из воды, она переломила ей хребет.

— То-то же! — торжествующе сказала она. — А ну-ка, Нокува, зови сюда эту негодницу Нокуди! Она осмелилась нарушить мой запрет, и вы с ней продолжали раскармливать этих рыбок, вместо того чтобы заниматься подобающими для крестьянина делами! Пусть эта мелкая плутовка немедленно придёт сюда, иначе ей несдобровать! А ты, Нокува, подмени её на поле: сегодня ты должна сделать двойной урок, за себя и за неё, чтобы запомнила, как увиливать от труда и покрывать сестру!

И Нокуди явилась на зов бабушки, и залилась слезами, увидев в руках у старой Пины свою любимую рыбёшку мёртвой.

— Ах ты тварь! — набросилась на неё Пина. — Посмела не подчиниться приказу старшей! В то время как твои сородичи работают день и ночь, не покладая рук, на страну, ты смеешь развлекаться?! Ещё и сестру свою сманила заниматься тем же самым! Так вот, повелеваю: немедленно выпотроши и изжарь эту рыбу прямо здесь, а потом выложи то, что осталось, в общественный котёл. А завтра сделаешь то же самое со второй рыбкой. Да не смей пробовать сама еду из котла: как ты можешь есть оттуда, где жарились и варились твои друзья?! Будешь питаться червями и земляными орехами, пока в общине не появится новый котёл! А если снова посмеешь ослушаться — я соберу совет деревни, и мы закопаем тебя с сестрой, как изменниц делу труда и судьбе крестьянина, в землю заживо!

Нокуди сильно испугалась этих последних слов. Ей было страшно умирать закопанной в землю, но ещё страшнее было то, что из-за неё ту же участь могла разделить её сестра. Поэтому Нокуди молча взяла из рук бабушки рыбу и начала разводить костёр, чтобы изжарить её, как было приказано.

То ли судьба бывает милосердной, то ли в этом был некий внешний замысел, но именно в тот день по реке шёл по своим делам один из многочисленных сыновей короля натов*. В те времена Луна ещё была круглой и полной всё время, и светила каждую ночь, но жившие на земле наты уже редко бывали дружны с людьми, и многие из них не терпели человеческого соседства, так как полагали людей жестокими и вздорными. Но король небес и его дети не теряли с людьми дружеских отношений, продолжая по мере сил помогать им в их делах, пока люди не убедили их окончательно в своей чёрной неблагодарности. Впрочем, эту часть истории вы, пришелец с Запада, знаете не хуже меня.

Сын короля натов расстроился, увидев красивую девушку плачущей. Он подошёл к ней и помог ей собрать костёр, а пока они занимались этим, он расспросил Нокуди о том, какое горе её постигло. И Нокуди рассказала ему всё, что с ней случилось.

— Как?! — вскричал поражённый нат. — Ты всю жизнь прожила, работая для других, и все твои друзья — это две маленьких чёрных рыбки?!

— И моя сестра Нокува, — поправила его Нокуди.

— Но этого так мало! Ведь перед тобой лежит весь мир!

— Мы люди труда, и наш долг — работать, — вздохнула Нокуди, — а весь мир нам не нужен. А если мы будем думать по-другому, то нас постигнет беда! Вот нас с сестрой, например, закопают живьём в землю. А нашему отцу пришлось выпить яд, чтобы не мешать работать другим людям!

Сын короля натов задумался, держа на ладони мёртвую рыбку.

— Но это же просто… жир! — непонятно сказал он.

— Какой жир?! — удивилась Нокуди.

— Просто жир, — ответил гость с небес. — Рассказать кому — не поверят! Ну, ничего, я с этим разберусь. А ты иди пока что к запруде и выпусти свою рыбку в воду. Она оживёт, и они обе уплывут. Да и вам с сестрой не мешало бы уплыть отсюда… если вы хотите, конечно.

— Куда же нам деться, — вздохнула Нокуди, — ведь мы должны работать!

— Все должны работать, — согласился сын короля натов, — но разве работа — это самоцель?! Ведь работа лишь тогда хороша и полезна, когда ты видишь её плоды и пользуешься ими, или даёшь другим пользоваться тем, что сделано тобой, по своей собственной воле. Иначе она превращается в тяготу!

— Я не знаю другой работы, и никогда не видела, куда идёт всё сделанное нами, — отвечала Нокуди.

— Тогда поднимайся к нам, на небеса, — предложил сын короля натов. — Вы девушки, привычные к труду, и у нас найдётся много дел для тебя и для твоей сестры! А я пойду и поговорю с жителями вашей деревни — сдаётся мне, где-то они живут очень неправильно…

— Но как я поднимусь на небо? — удивилась Нокуди.

Сын короля натов отдал ей своё копьё.

— Посади его в землю, — сказал он, — и вырастет высокий побег. По нему ты поднимешься до неба. Только не забудь отпустить сперва рыбку. А я потом пришлю твою сестру к тебе.

Нокуди поблагодарила странника и выпустила свою рыбку в запруду. Обе рыбки в последний раз показали ей свои усатые мордочки и тотчас же уплыли восвояси. В наши дни очень сложно найти таких рыбок — они прячутся от людей днём под корягами, как сомы, а ночью осторожно выплывают полакомиться. Но я видел, — прибавил монах, — что у вас, фарангов**, такие рыбки часто живут в аквариумах. Говорят, русские даже научились разводить этих рыбок в неволе. Наверное твои соотечественники добрее, чем сородичи Нокуди. А может быть, они просто не так любят работать на благо своей страны, и у них намного больше свободного времени.
Сын короля натов, — продолжил монах свой рассказ, — пришёл в ту самую деревню и, разгневавшись, собрал совет старейшин.

— Да разве же вы живёте?! — воскликнул он. — Для того ли мы, наты, заботимся о цветении и плодородии земли, о смене сезонов и солнечном свете, о любви и о радости, чтобы вы тратили свою жизнь на бессмысленный и однообразный труд, результаты которого вам не принадлежат?!

— Труд сделал нас людьми, — отвечали старейшины деревни. — Это всё, что есть и может быть у нас в жизни. В труде мы равны друг другу: каждый должен работать, отдавая всё, что у него есть, на общее благо. А если мы сами будем пользоваться плодами своих трудов, то впадём в лень и гордыню. У нас будет много вкусной еды, а дома наши будут украшены рубинами, и мы будем воображать о себе сверх всякой меры.

— Но для кого вы тогда добываете эти рубины, драгоценные деревья и шкуры зверей? Для кого выращиваете сладкие фрукты и мелете сладкую рисовую муку? Зачем вы мостите гати и строите укрепления, если вы никуда не ездите и ни с кем не воюете? В чём смысл вашего труда и кто хозяева его плодов?!

— О смысле нашего труда мы уже ответили тебе, о странник. Смысл — в нём самом, ибо рождённый для труда должен трудиться. А плоды нашего труда достаются нашей стране, чтобы никто ни извне, ни изнутри не возмутил её спокойствия, ибо жизнь наша устроена самым разумным и совершенным образом!

— Хорошо, пусть стране принадлежат ваши дороги, и ваши рубины, и ваши крепости. Но как страна может есть ваши фрукты и заедать их сладкими пампушками из вашей рисовой муки?! Ведь эти вещи достаются каким-то отдельным людям!

— Они достаются нашим вождям, — объяснила старая Пина, — и нашим учёным жрецам, которые управляют нашим обществом. Их труд неизмеримо тяжелее нашего, и он особого рода, ибо им единственным в мире дано видеть своё и наше будущее. Оттого грубая пища не должна осквернять их уста, и ноги их не должны касаться грязи, и плечи их должны быть укутаны в плащи из драгоценного меха, и рубины не должны переводиться в их сокровищницах. Ибо они и есть то наше главное богатство, ради которого мы трудимся на благо страны!

— Да ведь получается, что они — просто банда безжалостных угнетателей! — удивился сын короля натов.

— Не говори так о наших вождях, чужеземец! Угнетатели бывают в других странах, а у нас всё делается в гармонии и по добровольному согласию всех людей, за исключением, конечно, горстки отщепенцев. Когда-то и у нас, конечно, были те, кто проповедовал равенство возможностей, но их проповеди принесли кровь и горе. Подлинное равенство — это равенство в труде!

— Отчего же тогда труд землепашца не равен у вас труду вождя или учёного?

— Труд равен, но люди разные. Разная и ответственность. Труд наших вождей — думать о будущем, представлять нашу страну, наслаждаться её богатствами и своей мощью и грозным видом вселять страх врагам, внешним и внутренним! Не станет же тот, кому доверена судьба страны или тот, кто познаёт на страх нашим врагам тайны мироздания, осквернять свои руки заступом, копьём или топором?! Они подобны небожителям, и низкая судьба крестьянина, охотника или плотника — не для них!

— Что вы такое говорите?! Я нат, и я сын короля небес; но я своими ногами исходил небо и землю, и я не брезговал ни топором лесоруба, ни копьём охотника, ни молотом кузнеца, ни крестьянским заступом! В нашей жизни есть много радостей, но немало и самых разных обязанностей, в том числе и необходимость делать грубую работу.

— Значит, вы недостойны быть владыками, — ответили старейшины, — ибо это унижает вас и умаляет вашу славу. Какая же вы небесная сила, если вы, подобно простым смертным, работаете руками, а не приказываете вещам, чтобы они происходили сами собой? Какой нам смысл поклоняться нам, если вы во всём подобны нам?!

— Но мы и не просили вашего поклонения. Вы сами идёте к нам с просьбами, и мы всегда помогаем вам, чем можем. Разве мы не участвуем своими делами в ваших повседневных трудах?

— Мы думали, что вы ниспосылаете нам бедствия, когда мы вас не молим, и не знали, что вы оказываете помощь, — ответили жители деревни.

— Знайте же, что это не так, — сказал им сын короля натов.

Жители деревни приняли гостя с почётом и усадили в общинном доме, поднеся ему питьё. Но сами старейшины напуганы были его приходом, а ещё больше — тем, что он сказал им. И тогда старая Пина предложила своим сородичам:

— Мы думали, что наты большие и могущественные, что они карают тех, кто смеет поднимать голову к небесам в мечтах о лучшей доле. А оказалось, что они такие же труженики, как мы, и даже сын их короля работает. Значит, наши мудрецы, чиновники и вожди стоят выше натов: ведь в нашей праведной стране труд служит её славе, а не брюху простолюдина! Давайте же захватим сына короля натов и отошлём его в нашу столицу; пусть вожди сами распорядятся судьбой знатного пленника и узнают, как подчинить небеса!

— Но как мы это сделаем? — спросили старейшины. — Ведь он наверняка могучий воин, и мы не сможем захватить его силой!

— Он, возможно, и воин, но у него простое сердце крестьянина. Он запросто разговаривает с нами, в то время как будь он подлинным сыном короля, мы бы и слова шепнуть при нём не смели! Значит, он доверчив, и я знаю, что с ним делать!

И старая Пина повелела приготовить угощение для высокого гостя, а в то угощение тайком добавила мясо издохшей собаки, залив его сильно пахнувшим перечным соусом. Гостю с почётом поднесли еду и сказали:

— Угощайся, о сын владыки небес! Мы, простолюдины, не смеем есть мясо и фрукты, но тебя мы должны накормить по-царски. Просим тебя, не отказывай нам в гостеприимстве!

Сын короля натов никогда не пробовал и не видел тухлой собачатины. Не подозревая коварства, он съел протухшее мясо и тотчас же заболел. А пока он был в слабости, жители деревни набросились на него, скрутили ремнями и бросили в глубокую яму: ведь он остался ещё и безоружным, отдав Нокуди своё копьё. После этого они отправили гонца к ближайшему чиновнику, чтобы сообщить, кто и почему попал к ним в плен.

А в это время Нокуди, как и посоветовал ей добрый сын короля небес, посадила его копьё в землю, и из древка копья тотчас же пророс длинный крепкий побег, похожий на бамбуковый стебель. По всему стеблю на расстоянии локтя друг от друга шли удобные узлы, напоминавшие ступеньки. Вскоре он достиг неба и затерялся в тучах. Нокуди всё ждала, когда к ней придёт Нокува, чтобы убежать вместе с ней, но боялась заглянуть в деревню и позвать сестру, чтобы не навлечь на себя гнев своей бабушки.

Вдруг из деревни донеслись яростные и торжествующие крики: «Поймали! Схватили!». Девушка решила, что это старейшины схватили её сестру при попытке к бегству. Она хотела было броситься на помощь, но здраво рассудила, что, видимо, и самому сыну владыки натов это оказалось не под силу. Тогда Нокуди решила как можно скорее найти помощь на небесах. Бросив последний взгляд на родную деревню, девушка поставила ногу на первый узел побега и начала подниматься в небо так быстро, как только возможно.

Сперва она поднялась до облаков, но облака, к её несчастью, были далеко, и Нокуди принялась усердно карабкаться дальше, пока рядом с ней не показалась поверхность Луны. На Луне жила её хозяйка, добрая женщина из племени натов, которая как раз натирала Луну тряпкой и щёткой, чтобы ночное светило поярче блестело людям в небесах. Нокуди поздоровалась с хозяйкой Луны и тотчас же принялась помогать ей. Вдвоём они вымыли Луну до блеска.

— Откуда ты взялась, трудолюбивая девочка? — спросила хозяйка Луны, накормив свою гостью вкусными яствами. Она жила совершенно одинокой, но ей часто доводилось принимать гостей, и стряпать она умела хорошо.

Нокуди рассказала ей про свою деревню, про свою жизнь и про то, как её встретил сын короля натов, когда она уже собиралась жарить на костре свою любимую рыбку.

— Он обещал прислать ко мне и мою сестру Нокуву, — добавила Нокуди, — но её что-то давно уже нет, и я за неё очень тревожусь.

Хозяйка Луны тоже встревожилась.

— Сын короля натов не мог нарушить своего слова, — сказала она. — Пойдём-ка, посмотрим, что там случилось!

И они вместе с Нокуди отправились к побегу, выросшему из копья, чтобы спуститься вниз.

А внизу прошло совсем немного времени; жители родной деревни Нокуди едва лишь успели связать сына короля натов и послать гонца к чиновнику. Сестра Нокуди была в это время на поле и не слышала, что происходит в деревне; ведь ей надо было работать. Но начало уже смеркаться, и Нокува стала беспокоиться о сестре: ведь она знала, что бабушка была разгневана.

Улучив минутку, она бросилась со всех ног в деревню, и там уже узнала от случайных свидетелей о том, как в деревню приходил сын короля натов и как старейшины отравили его тухлым собачьим мясом. Но Нокуди никто не видел. Сестра её поняла, что без гостя с небес в этом деле не обошлось, и пробралась в подвал, где он лежал связанным.

— Да разве можно поступать так с гостем?! — поразилась она, пытаясь развязать крепкие узлы на верёвках, спутывавших ноги и руки юноши. — Что-то я перестаю понимать наших старейшин!

— А ты, должно быть, Нокува, сестра Нокуди? — спросил сын короля натов. — У тебя доброе сердце и сильные руки, ты похожа на свою сестру.

— Я пришла к тебе спросить, где она, — сказала Нокува, — но позабыла, увидев, что ты в беде. Но не думай, что я её не люблю: если ты знаешь, где она сейчас, скажи мне об этом, чтобы я перестала за неё беспокоиться.

— Я предложил ей перебраться жить на небо, — ответил связанный гость, — там не хватает рабочих рук, но там всегда есть много интересного, помимо работы. Вот что: тебе тоже небезопасно оставаться — твоя бабушка, если я понял всё правильно, хотела закопать тебя в землю живьём за проступок твоей сестры. Я не смогу быстро уйти с тобой, даже если ты развяжешь мои верёвки — я отравлен и слаб, и у меня нет при себе оружия. Лучше иди сама туда, где Нокуди складывала костёр. Где-то поблизости от него должен расти длинный побег, выросший из моего копья; по нему ты живо взберёшься на небо. Передай моим родственникам, что я попал в беду. А сама оставайся где хочешь: или живи на небе, или найди себе любую землю по вкусу, потому что здесь жить нельзя. Беги, Нокува!

— А можно мне остаться с тобой? — спросила девушка.

— Только не здесь, не в этой яме, — ответил сын короля натов.

С тех пор повелось, — заметил монах, прерывая свой рассказ, чтобы напиться воды, — что всякий раз, когда где-то начинают очень много говорить о труде ради труда, все мало-мальски сознательные люди тотчас собираются оттуда в эмиграцию. Но разумные люди делают из этой истории немного другие выводы, а именно: что девушке следует самой проявлять инициативу, если волей судьбы подле неё оказался сын короля небес или кто-нибудь ещё в этом роде.

Но я, пожалуй, продолжу, ибо повествование моё ещё далеко не окончено, а вы уже начали утомляться от жары, мой друг. Нокува убежала искать сестру, но, уходя из подвала, услышала, как сын короля натов повторил ещё раз ту же загадочную фразу, которую сказал перед тем Нокуди: «Это всё просто жир… сплошной жир, какая-то бездна жира…».

— Наверное, это волшебное заклинание, — рассудила девушка, — раз сын короля небес говорит её в такое время. Надо запомнить, авось пригодится!

Она побежала обратно на поле и по пути заглянула к запруде, где лежали останки так и не разожжённого Нокуди костра. Поискав вокруг, Нокува увидела в сумерках длинный стебель, росший выше всех деревьев и упиравшийся, казалось, прямо в небо. Но только Нокува взялась за него, как десятки сильных рук схватили её. Это старая бабушка Пина поставила крестьян, возвращавшихся с поля, сторожить — не появится ли подмога с неба по таинственному стеблю, не придёт ли кто-нибудь с земли, чтобы вскарабкаться по нему и предупредить небеса об опасности? Крестьяне боялись трогать таинственный стебель, но, увидев, как Нокува берётся за него руками, вмиг отбросили страх.

— Изменница! — вскричала старая Пина, увидев схваченную внучку. — Сперва ты потакала сестре в её запретных развлечениях, а теперь хотела предупредить владыку небес о том, что его сын у нас в плену?! Ты чуть не погубила величайшее достижение страны! Воистину правы те, кто говорит, что от малого греха человек всегда идёт к большему злу! Нет тебе прощения! А ну, сородичи мои, привяжите её к этому побегу да забросайте остатками хвороста от костра. Сожжём заживо и её, и эту лестницу в небо!

Крестьяне окружили Нокуву и привязали её верёвками к побегу, выросшему из древка копья. Потом они накидали вокруг девушки хвороста и принялись разводить костёр. Но вечерняя сырость и близость воды сделали своё дело; ветки и стебли никак не хотели гореть. Тогда старая Пина распорядилась принести два куска старого свиного сала со шкурой; такое сало употреблялось в деревни для растопки костров и для перетапливания в свечи, освещавшие путь приезжим чиновникам. Салом натёрли несколько хворостин посуше и подожгли их, бросив куски сальной шкуры поверх, чтобы лучше разгоралось.

Тогда Нокува вспомнила слова, которые говорил сын короля натов.

— Да это же жир, сплошной жир! — в отчаянии воскликнула она.

И тотчас же из кусков сала, лежавших на костре, потекли целые ручьи жира. Он был прозрачным и не горел, а, остывая, схватывался и становился белым и твёрдым, как камень. Горка жира росла и росла, а по ней стекали всё новые потоки застывающего жира, скрывшие Нокуву. Крестьяне разбежались прочь от невиданного зрелища, а росток, выросший из копья сына владыки натов, переломился и упал на землю.

(Окончание следует)


* Наты — у жителей Юго-Восточной Азии народ полубогов, управляющих повседневной жизнью земных и небесных стихий.

** Фаранг — «франк», собирательное слово для обозначения иностранцев.




Каренская женщина (на фото слева)



Рыбки Нокуди — Epalzeorhynchus (Labeo) bicolor.



Сотрудница отеля приносит жертвы натам — хранителям земельного участка.
Комментарии 
6th-Apr-2014 10:32 am (UTC)
Анонимный сигнал
Выглядит как документальное повествование, а по смыслу фигня полная.

Я знаю, что Вы не любите критики, и поэтому не подписываюсь. Но я могу Вам сказать, что в сверхъестественных силах и сверхъестественных делах Вы не смыслите совершенно. Зачем Вы беретесь за настолько не Ваш жанр, как сказка? Неужели мало простых человеческих историй, которые Вы могли бы внятно рассказать? Ваши дружки пролетарии жаждут воровских баек и внятных притч о страданиях трудового люда, а не этой сверхъестественной круговерти!
6th-Apr-2014 10:42 am (UTC)
Что, жопу рвёт? Я тебе объясню, почему: ты чуешь, что сказка попадает в какие-то чувствительные центры твоей незамысловатой природы, и тебе бооольно. Потому что вы так не умеете. Вы вообще бездарны, лишены творческой потенции, в принципе не способны создать новое, а только перевираете чужое. Так что закрой клюв, птица, а то сыр выпадет.
7th-Apr-2014 06:06 am (UTC)
Анонимный сигнал
А Вы кто такой, собственно? Главный специалист по сказкам и фольклору?

Я учусь в УНИК, специализируюсь на возрождении (реальном) женского мифа и опровержении творческой сущности мужского начала в мировой мифологии. А вы, небось, на похапе программируете? Считаете себя ниибацо крутым "матиматиком", пишете с ошибками и хотите "пливать на гуммунитариев"? Со мной - не пройдет, детка!
7th-Apr-2014 06:10 am (UTC)
Новый эталон тупой полуобразованной дуры вместо Дуры Г. найден.

В Палату мер и весов, срочно. В запаянном стеклянном контейнере с аргоном.
7th-Apr-2014 06:50 am (UTC)
Это что, _девочка_?! Я думала, педик... А чего у неё такие пидорские интонации - наглые и вместе с тем обиженные?
7th-Apr-2014 07:16 am (UTC)
Я так думаю, что в этом джазе только девушки.

Триумф феминизма: женщина-пидорас!
7th-Apr-2014 07:34 am (UTC)
Съесть или трахнуть?..(с) То и другое мерзко, на самом деле.
7th-Apr-2014 08:52 am (UTC)
Трахнуть. Об угол. И закопать. Я попрошу Беллатрикс.
7th-Apr-2014 06:32 am (UTC)
Я, собственно, да, специалист по сказкам и фольклору - кандидат филологических наук, фольклорист, профессиональный редактор и переводчик. Соси свой УНИК, папочка. Заниматься бесполезными делами типа "опровержения творческой сущности мужского начала" - типичная характеристика лишённых творческого начала импотентов. Ты пассив или актив? Мужчин у вас там, кажется, не держат?
Кстати, хорошо, что напомнил: УНИк ваш надо разогнать вместо с РГГУ, а персонально выжечь Альвдис - заебла со своими мифологичесиким "романами" и перевираниями Толкина. Или её уже вышибли оттуда?
7th-Apr-2014 10:00 am (UTC)
Анонимный сигнал
Ко-ко-ко, мущинко! Руки коротки "выбрасывать" тех, кто создает своим творчеством принципиально новый мир на месте этой старой свалки.

Завалите свое хлебало и слушайте, когда с вами разговаривает мудрая женщина. А ваш диплом филолога можете засунуть себе в задницу, потому что филолог мужчина должен не "фольклором" заниматься, а исследовать тайны языков Нуминора и Каббалы. Редактором и Word 2007 может работать, как известно, а Избранным стать у мужчины филолога все равно никогда не получится (если только на него, как на Толькиена, не снизойдет соотсетствующий женский Дух!)
7th-Apr-2014 12:57 pm (UTC)
Совсем невменяшка... Ты не "мудрая женщина", ты тупая пизда. Вас специально по этому признаку набирают в УНИК, если ты не знала. Вами легче управлять, с умными этот номерок не проходит. И про "принципиально новый мир" ты мне не объясняй: вы все у всех воруете, а принципиально новое рождается только от мужского семени.
Что касается дипломов, ты-то свой вообще не получишь, чуется мне. Выйди удачно замуж - это все, на что годится ваш "вуз".
7th-Apr-2014 01:03 pm (UTC)
Анонимный сигнал
//принципиально новое рождается только от мужского семени.

???

!!!

Унесла в клювике на поржать.

А ты, хуй тупой, сиди и дожидайся гнева Великой Волчицы и ее слуг!
7th-Apr-2014 01:10 pm (UTC)
Да, настоящая студентка УНИК принципиально, после пяти моих комментов, не видит родовых окончаний и по-преднему считает собеседницу мальчиком... Волчицу я, пожалуй, пущу на шкурку, буду ноги греть перед сексом.
А ты еще и неведома зверушка - с клювом, а ржешь... Ты уж определись, тупая кобыла или тупая ворона.
7th-Apr-2014 11:25 pm (UTC)
Пациентка определенно и в очереди к гинекологу будет толкаться с воплями "пропустите женщину" а свои менструации мнить актом творчества.
7th-Apr-2014 01:13 pm (UTC)
Мадемуазель, вы хорошо помните видение Иезекииля?

Специально для вас перепоказать, или удовлетворитесь уже существующим прецедентом?

Стихи 17-23 главы 13 касаются вас персонально, если что. Напомнить?

Edited at 2014-04-07 01:14 pm (UTC)
7th-Apr-2014 01:02 pm (UTC)
Кто-кто разговаривает? Мудрости у женщины, как я погляжу, хватило только на то, чтобы не подписаться.
Мадам, судя по тому, насколько вы не в теме, вас сюда кинули, как пробный шар. Именно потому, что вы не в теме. Поспрашивайте, что ли, у больших девочек, почему они сами не сунулись, и какие именно прорывы они затыкают вами.
7th-Apr-2014 12:00 am (UTC)
Я знаю, что Вы не любите критики, и поэтому не подписываюсь.
Не критики, а идиотов. Так что правильно не подписываетесь.
7th-Apr-2014 09:12 am (UTC)
Фейспалм. Да шо ж вас сюда тянет так всех? Каким маслом тут намазано?
7th-Apr-2014 09:42 am (UTC)
Бездари исходят на мыло от зависти к тому, кто превосходит их талантом, силой и умом, - типичная картина.
7th-Apr-2014 10:31 am (UTC)
Контингент специфический. И лезут, и лезут...
7th-Apr-2014 01:11 pm (UTC)
Диалектическое единство вшивого и бани.
7th-Apr-2014 10:02 am (UTC)
Анонимный сигнал
Пусть бросит писать про Сверхъестественные Силы и займется тем, что положено простому смертному, да пусть хоть про Курскую битву пишет, про кардиналов и масонов, как Дэн Браун. И мы уйдем.
7th-Apr-2014 11:18 am (UTC)
Ойбля, шо ж все так запущено-то у вас в головах...
24th-Apr-2014 04:11 am (UTC)
Анонимный сигнал
Ув.тов. Сапфо права. Разруха в головах не у нас, а у автора блога и гипотетических сторонников его подхода.

Попробую пояснить происходящее на уровне метаисторических концепций. Как известно, потенциал эволюции человечества исчерпан (вы, кариане, возможно, считаете "эволюцией" изобретение разных новых шняг и технологий, но это не кончится ничем). Общество и чеовек дошли до предельной точки своего развития, их стремление иссякло, наступил конец истории. Существующее общество - пик развития общественной системы, как и существующий человек вряд ли изменится с течением отведенных ему эпох.

Выход за эти пределы возможен, правда, с отрицанием человеческого в своей природе, но это, согласитесь, не каждому дано. И условия этого выхода, его граничные параметры, известны чрезвычайно длительное время. Если угодно, чтобы вырастить не-человека ("людена", как у классиков), нужны огромные затраты времени, потенциал энергии и воспитательские усилия тех, кто уже прошел этот путь.

Причем важно также, чтобы человечество не мешало уходить на этот путь, а это, в свою очередь, требует, чтобы у человечества не было своей объединяющей мифологии (я условно называю ее "высшей", потому что это принятый термин). Высшая мифология, описывающая место человека во Вселенной не как низшую ступень и средоточие греха, неизбежно приводит к возникновению религии, причем в худшей ее форме - в форме протестантизма, причисления человека к сверхъестественным, творящим судьбу и преобразующим природу, силам.

Грех и порок Харченко именно в том, что он старательно проводит в жизнь концепцию такой высшей мифологии. "Объективные законы истории", на которые он ссылается, есть с определенной точки зрения ни что иное как отсылка к господу богу. Человечество становится в этой системе коллективным "сыном божьим", искупление и спасение которого в его собственных руках. Легко понять, что это ложь, так как ни человек, ни общество не станут лучше и не спасутся (см. выше о конце истории). Харченко пользуется религиозными образами в открытую, хотя сам, кажется, не верующий, именно потому, что понимает их силу в этом вопросе. Не случайно главный герой его единственного романа - это откровенный католический Антихрист, пародирующий Спасителя (т.е. протестантский Бог-демон, отправляющий всех в ад).

Естественно, мы не можем согласиться с тем, чтобы человечество стимулировали зряшними усилиями искать "спасение" и "выход". Это приводит к страданиям, не пойми ради чего, и отвлекает людей от простой жизни, а тех, кто не хочет или не может быть больше вместе с людьми, это дает поводы ненавидеть. Поэтому мы не остановимся, речь идет о нашем будущем. И вы, позитивисты и кариане, любящие "научную логику" и "технический прогресс", в этой борьбе должны стать на одну с нами сторону, потому что вам тоже должна быть отвратительна новая религиозная идея. Даже ваше презрение к этой проблеме (мол, это слишком мелко), станет нашим оружием. Еще чуть-чуть, и мы избавимся от этого источника возмущений спокойствия, как избавились от нескольких до него. Неужели же вы не поможете нам?

(Думаю, этот комментарий не будет раскрыт, но Вам он наверное придет на почту. Других способов связи у меня нет, но я надеюсь, что вы прочтете это, и задумайтесь.)

Митрандир
24th-Apr-2014 04:15 am (UTC)
На этом месте, раскрыв для ответа этот бесподобный во многих отношениях комментарий, я жду от своих читателей трогательного единства духовных порывов и хорового исполнения псалма «Ein feste Burg ist unser Gott, ein gute Wehr und Waffen!» (названного, если мне не изменяет память, Энгельсом «подлинной Марсельезой Реформации»).

Митрандир, вы дурак. Идите на хуй!
24th-Apr-2014 04:20 am (UTC)
Позитивисты и кариане тебя тут не прочитают, ты не по адресу. Иди, в самом деле, отсюда быстро, ровно, далеко, в край непуганных метаисторических концепций.
24th-Apr-2014 04:37 am (UTC)
Анонимный сигнал
Хочешь сказать, что я неправ?

Кто потерпит зло и насилие, причиненное обществу новой религиозной доктриной?

Единственный выход - раздавить гадину в зародыше, пока она не достигла излишней длины. И в этом нам поможет, разобравшись, всякий человек доброй воли.
24th-Apr-2014 04:58 am (UTC)
Человек доброй воли, для начала, вместе с твоими кликушествами прочтёт смачные идейки про "люденов" и про то, что ему, человеку, предопределена некими высшими существами роль субстрата и корма для ублюдков будущего. Именно тот самый "не каждый", которому "не дано", и будет вашей карой. Право выйти вон остаётся за любым, кто желает этого, но права заталкивать остальных в грязь у вас нет и (что характерно) не было. Идея освободиться от рабства хороша ровно до того момента, пока она не приводит к порабощению другого разума, а как вывернуться и этой ловушки, вы не знаете, поэтому гребёте уже известным порочным путём.
Митраднуй, короче, отседа, ты скучен. Людены таких в салат режут.
24th-Apr-2014 06:39 am (UTC)
Ничегошеньки-то в вашем репертуаре не меняется.

Вижу зло и насилье,
Он будет царём и разгневает Рим!
Вижу нашу погибель,
И горе, нам всем причинённое им!

Нам надо с ним сладить, пока он один!


Только на этот раз не на того напали. Немало хлебал уже треснуло, раззявившись на ваши тридцать сребреников; хотите присоединить новые экземпляры к этой коллекции глубинных чудовищ, лопнувших на свету? Валяйте. Мой револьвер быстрее ваших гнусных языков. Мы сумеем постоять за себя, за него и за наше общее будущее!
24th-Apr-2014 06:42 am (UTC)
Что с ними, мертвецами, разговаривать... Сдохли уже, а всё воняют.
7th-Apr-2014 01:00 pm (UTC)
Нет уж, пиздочка ты начинающая, никуда вы не уйдете! Вам теперь не уйти, вам капец. Размечталась, ишь.
Выпуск подгружен %mon%