?

Log in

КОЛОКОЛА ГРОМКОГО БОЯ
("КГБ")
Репостну тут. 
25th-May-2016 12:33 pm
редакторская колонка
Оригинал взят у foxy_lj в Авторепост. И.А.Ефремов - цикл "Великое Кольцо" + "Лезвие бритвы"
Публикую у себя заметочки, написанные для ресурса posmotre.li
Ресурс оказался больно уж "свободноредактируемый" - т.е., статьи со временем рискуют обрасти большим количеством разных ИМХОв и превратиться в помесь бульдога с носорогом.
Так что утаскиваю к себе версии, созданные лично, до каких-либо дополнительных правок. Ничьи авторские права не нарушены.

«Если бы не было фантазии, то и вообще бы все науки стояли на месте. По-моему, фантазия — это вал, поднявшись на который, можно видеть значительно дальше, пусть порой ещё в неясных контурах» — И. А. Ефремов, «Страна Фантазия»[1]

«Великое Кольцо» — общее название для фантастической модели мира будущего, созданной советским писателем И. А. Ефремовым. К ней относятся два его романа — «Туманность Андромеды» и «Час Быка».

«...для меня вопрос стоит так: либо будет всепланетное коммунистическое общество, либо вообще не будет никакого, а будут пыль и песок на мёртвой планете.» — И. А. Ефремов, «Страна Фантазия»

Описание модели будущего в романах Ефремова зачастую воспринимается как утопия и анализируется с этой точки зрения, подвергаясь критике за то, что эта утопия отнюдь не идеальна!

На деле речь идёт не об утопии и не о пророчестве, а о прогнозе развития исторических событий, основанных на предположении (не лишённом оснований), что противостояние империалистических систем кончится глобальной войной, в которой погибнет бóльшая часть населения Земли, а уцелевшим придётся выживать, имея в активах разрушенную экономику, убитую экологию, истощённые сырьевые ресурсы и испорченный генофонд. Человечество идёт на суровые меры по спасению цивилизации, которые выглядят подчас бесчеловечными: строгое планирование экономики, планирование демографического профиля (включающее контроль рождаемости и запрет на размножение для носителей летальных генов), требование общественного воспитания детей (чтобы семьи не растили эгоистов и сурвивалистов), «консилиумы смерти» — врачебные комиссии, уполномоченные в особых случаях принимать решение об эвтаназии безнадёжно больного индивидуума. Все эти тяжёлые меры позволяют человечеству выжить и создать общество нового типа, уже ничем не напоминающее постапокалипсис: бесклассовое и не страдающее от имущественного расслоения общество, красивые и здоровые (как физически, так и психически) люди, благоустроенная планета, расцвет искусства, триумф науки, и не забыто удовлетворение насущных материальных потребностей.

Земля включена в Великое Кольцо — сеть радиостанций, с огромными энергозатратами транслирующих передачи с других населённых планет, которых в Галактике довольно много. Благодаря Великому Кольцу разделённые многими световыми годами цивилизации состоят в информационном контакте. Конечно, информация за время прохождения сигнала от станции к станции устаревает на десятки и сотни лет, но даже такое вот эхо далёких голосов поддерживает человечество на его пути. Среди цивилизаций, входящих в Кольцо, нет ни отвратительных монстров, ни бездушных роботов — все высокоразвитые инопланетяне, даже если их эволюция шла разными путями, неизменно антропоморфны. Также в числе их общественных систем не наблюдается неофеодальных империй или мегакорпораций, зато есть информация о многих мирах, державшихся одного из этих путей и не преодолевших критический порог развития — вымерших из-за экономического или экологического кризиса или уничтоживших себя в войне планетарного масштаба (какой судьбы едва избежали земляне).

И всё же, при всей гармоничности нового мира это по-прежнему не утопия. Подразумевается, что даже высокоорганизованное общество не может быть совершенным, а напротив — в своём развитии склонно ударяться из крайности в крайность и переживать кризисы.

В «Туманности Андромеды» показан мир, сравнительно недавно вырвавшийся из тисков нужды (чтобы отправить внеочередную звёздную экспедицию, население всей Земли призывают на год отказаться от роскоши); только-только построив благополучную жизнь на рациональной основе, земляне обнаруживают, что избыточный рационализм приводит к уменьшению горя и страданий, но в перспективе лишает жизнь одной из её основных целей — радости.[2] Сюжет романа раскрывает тему возрождения чувственности и страсти в рациональном обществе.

«Когда я пишу своих героев, я убеждён, что эти люди — продукт совершенно другого общества. Их горе не наше горе, их радости не наши радости. Следовательно, они могут в чем-то показаться непонятными, странными, даже неестественными.» — И. А. Ефремов, «Как создавался „Час Быка“»[3]

«Час Быка» застает цивилизацию в тот момент, когда она в поисках целей существования постепенно сползает в мистицизм, надеясь найти ответы в мудрости древних. В лице тринадцати участников экспедиции «Тёмного Пламени» земляне встречаются с горьким наследием собственного прошлого на планете Торманс[4], где по сути представляют Землю на суд истории, и представляют не всегда удачно. Столкновение с прошлым обнажает те противоречия, к которым пришло земное общество.

Модель будущего, представленная в романах, вызывает много вопросов и критики. К примеру, система общественного воспитания детей у многих традиционно вызывает инстинктивное неприятие — разве можно отнимать ребенка у матери? (Что интересно, концепция интернатов «Мира Полудня» Стругацких, напротив, радует большинство читателей — несмотря на то, что воспитанники интернатов с молчаливого одобрения Учителей третируют друг друга, и на то, что эта система порождает несчастных одиноких людей вроде Майи Глумовой или Атоса-Сидорова.) С другой стороны, существует тенденция восприятия этой модели как не требующей жертв и лишённой проблем, что тоже не соответствует правде.

Ссылки:

[1] «Страна Фантазия» — интервью И. А. Ефремова, газета «Гудок», 24 ноября 1970 г.
[2] Здесь надо заметить, что эти два понятия в мире Ефремова настолько важны, что на Земле создана специальная организация — Академия Горя и Радости, — анализирующая все общественные проекты и тенденции с точки зрения необходимости уменьшения суммы горя и возрастания суммы радости в жизни людей.
[3] «Как создавался „Час Быка“» — интервью И. А. Ефремова, журнал «Молодая гвардия», 1969 № 5.
[4] Название планеты взято из повести Д. Линдсея w:Путешествие к Арктуру.


«Лезвие бритвы» — литературное произведение И. А. Ефремова, жанр которого самим автором определен как «роман приключений». Заявка оправдана на редкость добросовестно: здесь герои переживают приключения и мысли, и тела, и духа, бороться приходится и со стихиями, и с бандитами, и с бюрократами, и с вывертами сознания. На любой вкус.

Содержание

1 Архитектоника
2 Герои
2.1 Советские люди
2.2 Итальянцы
2.3 Индийцы
3 Сюжет
5 Холиварные темы
6 Примечания

Архитектоника

Роман состоит из пролога, четырех частей и эпилога. В прологе говорится о сложности причинно-следственных связей между случайными на первый взгляд событиями. В действие вводится легенда о загадочных свойствах камня хиастолита, связывающая все дальнейшие сюжетные линии.

Первая часть соблюдает стилистику советского кинематографа. Действующие лица — ученые, врачи, спортсмены и другие честные советские граждане. Их приключения по большей части связаны с развитием научного познания и эстетических представлений о мире и человеке. Их главный враг — косность, будь то косность материи или косность убеждений.

Вторая часть выдержана в стилистике западноевропейского кино. Здесь наблюдается набор популярных авантюрных типажей, лидируют богемные артисты и отважные моряки. Для них прогресс науки в лучшем случае тема смолл-тока за рюмкой чая, а увлечены они таким хрестоматийным делом, как поиски сокровищ. Против них, как водится, — природа, полиция и другие, плохие авантюристы.

Третья часть начинается с событий в Советском Союзе, но в третьей главе действие перемещается в Индию, открывая индийскую традицию кинематографа. Главные герои, конечно же, влюбленные — бедный художник и подневольная актриса. И враги у них типичные — время, расстояние и злые богатеи. Действие происходит на фоне развалин великой индийской цивилизации, которая все никак не может оправиться от последствий собственной деградации и колониального периода истории.

К концу третьей части начинается эпическое схождение традиций — на помощь влюбленным приходят безбашенные европейские авантюристы, а затем подтягиваются и русские ученые со своим научным анализом ситуации. Четвертая часть представляет собой стилистический и событийный фейерверк — кино, каким оно становится, вобрав все перечисленные традиции.

В эпилоге звучит заключительное слово о связи времен и будущем обществе людей — конечно же, коммунистическом, дорога к которому узка и трудна, и потому уподоблена лезвию бритвы.

Герои

Советские люди

Иван Родионович Гирин. Центральная фигура романа, ученый-психофизиолог. Хорош как врач и диагност, обладает энциклопедическим запасом знаний и немалой физической силой. Сочетает взвешенный научный подход в оценке явлений окружающего мира с безудержной экстремальщиной: лечит паралич угрозами и стрельбой, ставит опыты на людях с применением галлюциногенов, практикует форс-гипноз и шокирует художников лекциями о научном понимании прекрасного.
Серафима (Сима) Металина. Красавица, мастер спорта по художественной гимнастике. Пытается сделать мир вокруг себя лучше, но научным анализом не владеет, поэтому руководствуется женской интуицией.
Леонид Кириллович Андреев. Геолог, друг доктора Гирина, поддерживающий его идеи.
Маргарита (Рита) Андреева. Дочь геолога Андреева, подруга Симы, тоже гимнастка и красавица. Восторженная и неопытная девушка.
Мстислав Ивернев. Геолог, сын покойного коллеги и друга Андреева. Просто хороший человек, оказавшийся втянутым в шпионскую историю из-за образцов хиастолита, найденных когда-то его отцом.
Наталья (Тата) Черных. Загадочная девушка с Алтая, случайная знакомая Ивернева.
Иннокентий Ефимович Селезнев. Сибирский охотник, носитель памяти поколений.

Итальянцы

Чезаре Пирелли. Богемный художник. Мечтает создавать шедевры, перебивается изготовлением рекламных изображений и отчаянно сопротивляется идее найти постоянную работу. По природе человек не очень энергичный, но добрый и смелый, европейский интеллигент в хорошем смысле слова.
Леа Мида. Подруга Чезаре, еще одна представительница богемы, по-современному — тусовщица. Обладает разнобразными талантами — плавает, ныряет с аквалангом, отлично водит машину. Энергии у зажигательной итальянки на двоих, но ни в какое полезное русло она не направлена.
Сандра Читти. Выглядит как фотомодель, по профессии — специалист по античной культуре, но в силу бесперспективности этого занятия в буржуазном обществе подрабатывает туристическим гидом.
Иво Флайяно. Герой европейского киноэкрана, к моменту описываемых событий вышедший в тираж. Полностью продажная шкура — настолько, что уже и покупателей не находится. Привык к роскошной жизни, но обременен долгами и рискует потерять все имущество.
Андреа Монтуори. Отставной лейтенант морского флота, работает штурманом в экипаже яхты Иво Флайяно. Рыцарь по натуре, хотя избыточно вспыльчив и упрям.
Аглауко Каллегари. Дальний родственник Чезаре, пожилой капитан.

Индийцы

Даярам Рамамурти. Бедный художник и скульптор, пытающийся постичь глубины древней индийской эстетики и философии.
Амрита Видьядеви (Тиллоттама). Актриса, певица и танцовщица. Фактически — рабыня продюсера порнографических фильмов. Гордая и несчастная девушка, мечтающая о свободе.
Витаркананда. Профессор истории искусствоведения, йог, духовный наставник Даярама.
Анарендра Кинкар. Художник-декоратор, хатха-йог, друг Даярама.
Шарангупта Джанах. Хатха-йог, духовный наставник Анарендры.
Арвинд, автомеханик, представитель индийской рабочей интеллигенции, друг Даярама.

Сюжет

В романе можно выделить четыре сюжетных ветки, каждая из которых развивается не вполне линейно, прерываясь флэшбэками. В прологе мы видим восьмилетнего мальчика Ваню, который увлеченно рассматривает экспонаты на выставке художника-камнереза, а также слышим разговор геологов, один из которых (отец еще не родившегося Мстислава Ивернева) рассказывает об открытых им необычных камнях. Их свойства он не успел исследовать, так как вынужден был продать находку из-за нужды в деньгах.

В начале первой главы действие происходит уже в Москве 1961 года, куда приезжает уже немолодой военный хирург Иван Родионович Гирин, чтобы заняться исследованиями по психофизиологии. Практически сразу же героя накрывает первый флэшбэк, уносящий его в воспоминания о молодости.[1] В Москве у доктора есть личное дело: восстановить и передать в музей произведение покойного друга, скульптора Пронина. Деревянная скульптура, переданная в музей, вызывает почти что скандал среди искусствоведов, так как в мельчайших деталях, ни разу не символически изображает обнаженную женщину. Наслушавшись критики, оскорбительной и для художника, и для модели (тот и другая, между прочим, не могут возразить, поскольку погибли на фронте в Великую Отечественную), Гирин обрушивает на головы художников революционное для них представление[2] о красоте человеческого тела как биологической целесообразности. Здесь же он знакомится с Симой, восхищенной тем, как незнакомец умно и эффектно выразил то, о чем она думала, но не могла сформулировать. Встреча Гирина и Симы оказывается любовью с первого взгляда, и дальнейшее развитие этой сюжетной ветки строится вокруг их отношений.[3]

Вторая ветка, наиболее авантюрная, посвящена приключениям компании итальянцев, которые готовы на смертельный риск, чтобы устроиться в жизни без того, чтобы потратить на обустройство всю молодость. Они узнают от старого капитана Каллегари о местечке на неприступном берегу Африки, где можно собирать алмазы как грибы. Месторождение не разрабатывается из-за запрета компании-монополиста, чтобы не сбить цену на алмазы на мировом рынке. Под видом археологической экспедиции, изучающей затонувшие у опасного берега корабли, итальянцы пускаются в эту авантюру, и находят-таки вожделенные алмазы, а попутно — ни много ни мало, легендарную древнюю корону с хиастолитами, что привлекает к ним внимание международной преступности...

Третья ветка завязывается тем временем в Советском Союзе. Ленинградский геолог Ивернев получает телеграмму о приезде Андреева и отправляется встречать его на вокзал. Но Андреев не приехал. Зато Ивернев познакомился с очаровательной приезжей по имени Тата, которая не застала живущую в Ленинграде родственницу. Молодой человек приглашает девушку пожить у него (без намеков — сам он на это время поселяется у соседей). Девушка, посмущавшись, соглашается и за время своего пребывания в Ленинграде очаровывает и самого Мстислава и его маму. Однажды она признается, что ее отец работал проводником в экспедиции геолога Ивернева — очевидно, отца Мстислава. Мать и сын уже считают девушку родной; тем сильнее шок, когда Тата неожиданно исчезает. По странному совпадению, примерно в это же время выясняется, что хиастолиты Ивернева-старшего украдены из музейной лаборатории, а Андреев не собирался приезжать в Ленинград и не давал телеграммы, благодаря которой Мстислав встретил Тату на вокзале...

Четвертая ветка набирает обороты в Индии. Бедный художник Даярам ищет секреты древнего искусства, а находит красавицу-актрису Тиллоттаму, пленницу в грязных лапах магната киноиндустрии, превратившего индийские храмы с шедеврами эротической скульптуры в декорации к своим пошлым фильмам. Благородный, но очень наивный художник бросает обвинения прямо в лицо негодяю. В следующий раз он приходит в себя уже в больнице, куда попал как пьяный бродяга с разбитым лицом и без документов...

Сюжет романа многократно руган за «рояли в кустах»: мол, автор искусственно сводит никак не связанные между собой сюжетные линии за счет невероятных совпадений. Тем, кто ругает, предлагается внимательнее перечитать пролог, ведь по сути, ключевая точка сюжета — это встреча философов Запада и Востока. А все предыдущие приключения таких разных людей попадают в поле зрения автора именно как ретроспекция событий, приведших к ключевой точке. Палеонтолог писал, как-никак.

Холиварные темы

«Лезвие бритвы», бесспорно, было написано с расчетом на его хирургическое применение. И от того, как оно резануло по больным местам, порой слышны крики по сей день.

Женское достоинство. Серьезнейшая плюха досталась мужчинам, считающим, что отсутствие «прошлого» — это главное достоинство, которым может обладать женщина, и что ни ум, ни честность, ни верность, ни доброта, ни красота, ни трудолюбие не могут оправдать женщину в глазах мужчины за то, что он у нее «не первый», даже если она была жертвой обмана или насилия. Чуть менее заметную, но не менее хлесткую плюху получили жещины, считающие, что отсутствие «прошлого» — это их главное достоинство, которое перекрывает отсутствие ума, честности, верности, доброты, красоты и трудолюбия.

Телесная красота. Ефремов много и со вкусом говорит о биологической основе канонов красоты, иллюстрируя тему галереей писаных красавиц, превозносимых влюбленными художниками. Изрядное количество читательниц воспринимает тему истерически — мол, красавицам по мнению автора положено все, а некрасивым — ничего? Здесь, как сказал бы доктор Гирин, наиболее ярко проявляется агрессивность скрыто-поврежденной психики, заставляющая пропускать мимо глаз подробные обоснования того, что внешняя красота эффективно формируется не только за счет хорошей генетики, но и за счет дисциплины тела и духа. Все красавицы Ефремова серьезно занимаются гимнастикой, танцами, плаванием или даже просто много двигаются на свежем воздухе. То же касается Ефремовских красавцев, которых в книге не меньше, чем красавиц (да вот только нет встречного явления — художниц, которые посвятили бы жизнь и талант прославлению мужской красоты).

Примечания:

[1] Вплоть до этого места может казаться, что доктор Гирин и есть повзрослевший Ваня из пролога. Требуется внимательно «следить за руками», чтобы сосчитать — в 1933 году Гирину 19 лет, значит, в 1916-ом ему никак не могло быть 8. Тогда кто же тот Ваня и при чем он тут? Есть мнение, что это камео автора, которому в 1916 было как раз восемь-девять лет.
[2] Для читателя на тот момент тоже. Сейчас некоторые положения уже такими не выглядят, потому что встроились в современное мировоззрение.
[3] Некоторые читатели упрекают автора книги за «нереалистичность» разговоров влюбленных, которые вместо «сюси-муси» и «муси-пуси, сладенький мой» читают друг другу стихи наизусть и рассказывают интересное об искусстве, истории, биологии и т.д. Автор статьи выражает подобным читателям сочувствие.

Комментарии 
25th-May-2016 04:09 pm (UTC)
"В «Туманности Андромеды» показан мир, сравнительно недавно вырвавшийся из тисков нужды (чтобы отправить внеочередную звёздную экспедицию, население всей Земли призывают на год отказаться от роскоши)"

Тиски нужды?! Создается впечатление, что человек, написавший подобное вообще романа не читал. Там же прямым текстом сказано - субсветовые (СУБСВЕТОВЫЕ!!!!!!1111111111111111111111) корабли, 5/6 от скорости света, полет туда и обратно - что в энергетическом плане означает, что один такой звездолет потребляет где-то минимум на 3-4 порядка энергии больше, чем все современное человечество за год. Также следует учесть и упоминание о том, что экспедиции осуществляются не в максимально возможном темпе, так как было принято решение не отправлять новой экспедиции, пока не вернется предыдущая после одной аварии. Ну и собственно сами звездолеты, судя по их описаниям, явно не представляют собой сверхкомпактные консервные банки объемом не более нескольких сотен кубических метров, в которых экипаж ютится друг у друга на головах. Что еще более увеличивает потребную энергетику, необходимую для осуществления экспедиции. А уж тот факт, что потом даже с помощью таких звездолетов замахнулись на колонизацию другой звездной системы, говорит о довольно больших резервах, доступных человечеству. Пусть земная инфраструктура и выглядит довольно аскетично, но это отнюдь не говорит о том, что сама по себе эта цивилизация бедная. Если она может позволить себе запускать регулярные пилотируемые межзвездные экспедиции, то могла бы позволить себе самую разнузданную роскошь, чем нисколько бы не истощила свои источники ресурсов и нисколько бы не стеснила свои космические исследования. Это скорей чисто культурная особенность. А так это просто общество фанатиков, поехавших на теме пилотируемых межзвездных перелетов и контактов с другими цивилизациями, чьи затраты на чисто научную космонавтику находятся в обратной пропорции по сравнению с современным нам человечеством.
25th-May-2016 06:29 pm (UTC)
Вы цитируете фразу, половину которой отбросили, и потом спорите с оставшейся половиной? Это оригинально, по крайней мере!
25th-May-2016 06:42 pm (UTC)
А по существу вам ответить слабо? "Тисков нужды" там что, нет? 37-я Звездная! 37, Карл! Сотни лет экспедиций! Какое еще "недавно"! Все, можете называть меня дебилом и троллем. За всем остальным релятивисткая формула Циолковского вам в помощь.
26th-May-2016 04:34 am (UTC)
По существу можно отвечать на то, у чего есть существо. Вы передёрнули чужую фразу - и вуаля, целый гневный коммент из пальца. Это забавно, но спорить...
С другой стороны, если для вас несколько сотен лет - это дохрена много, это ваши впечатления, а для цивилизации и наполеоновские войны, и Реформация, и переселение азиатских племён в Америку - всё это "сравнительно недавно". К моменту событий, описанных в ТА, земной цивилизации больше 3000 лет - что им несколько веков. А экономить на 37 экспедицию таки пришлось, да так, что Совет Звездоплавания специально поставил эту идейку на голосование.
25th-May-2016 06:43 pm (UTC)
Я спорю с ошибочной исходной посылкой, которая делает всю остальную часть фразы высосанным из пальца бредом.
26th-May-2016 09:44 am (UTC)
Наброс засчитан. Мне особенно понравилось про общество поехавших фанатиков. Вы тролль?

"Сравнительно недавно" - это пару эр назад. Обратите внимание, какими масштабами оперирует сам Ефремов. Обычно геологическими эпохами.

Земная инфраструктура выглядит нифига не аскетично. Земной шар оплетен системой железнодорожных путей. Люди спокойны и неторопливы, приезжают куда угодно и заселяются в свободные квартиры с налаженной службой быта. А еще земную ось собираются подвинуть, чисто чтобы на планете стало уютнее. Или для вас аскетизм - это когда человек не летает на личном самолете с личным пилотом и золотыми закрылками?

Для отправки внеочередной экспедиции призывают отказаться от роскоши. Некторые экстремальные читатели делают из этого призыва вывод, что земляне ради великого освоения космоса будут питаться одними тараканами, и это свойство дрессированных людей будущего, потому что наше быдло так не может. Хотя список ограничений на роскошь приведен в романе по пунктам, и не включает ничего жизненно важного. Никто не умеет так экономить, как обеспеченные работающие люди. Ресурсами швыряются паразиты и нищие, когда удается.

Edited at 2016-05-26 09:44 am (UTC)
26th-May-2016 06:59 pm (UTC)
«Во всяком случае, самые пламенные эскаписты начали трезветь, когда земляне произвели первые колоссальные затраты на выход в космос, и поняли величайшие трудности внеземных полетов, сложность освоения межзвездных пространств и мертвых планет Солнечной системы»©.
31st-May-2016 10:38 pm (UTC)
Да. Это очень богатая цивилизация. Чего стоит только тот рассказ про встречу с фтористой формой жизни. И сразу родившаяся идея помочь фиолетовым людям, перевести их на кислородную основу. Это МАСШТАБ.
1st-Jun-2016 07:25 pm (UTC)
Это как-то сравнимо только с сюжетом лемовского "Фиаско", где экспедиция ныряла во времени, чтобы попасть в наиболее благоприятный момент исторического окна контакта. Примерно такой же уровень желания установить связь с иной цивилизацией. А сейчас - кинь клич - забейте на роскошь ради копеечного приближения сроков запуска научного зонда куда-нибудь - посмотрят как на ненормальных, и добавят к гнилым помидорам камни потяжелее.
1st-Jun-2016 11:28 pm (UTC)
Демонстративное потребление предела не имеет.
Считать его естественной потребностью из раздела "по потребностям" отказываюсь в принципе. Лучше всего помешанных на демонстративном потреблении просто ликвидировать. Тех, кто необучаем в принципе.
Выпуск подгружен %mon%