Давно уже родилось у меня любопытное наблюдение. Сравнивая эльфийского мастера Феанора с персонажами довольно-таки чуждого автору "Сильмариллиона" культурного пространства, такими, как Мвен Мас или инженер Гхор, находишь невольно больше общего, чем различий. Все упомянутые персонажи создают своим трудом и исканием артефакт, меняющий облик мира; все в своей гордости и жажде творить нарушают запретное; всех в той или иной степени отторгает общество; все создают почву для последующей эпической саги, в отношении которой они - не главные герои, а кузнецы, кующие героям их сакральное оружие. Похожие параллели можно провести и между рядом других персонажей - с одной стороны нолдор, с другой - герои отечественной фантастики того периода, когда люди хотя бы попытались гордиться собой как силой космогонического порядка. Вот и получается, что ярый консерватор и антисоветчик Толкиен наделил нолдоров основными чертами людей ожидаемого социалистического будущего, как привлекательными, так и опасными. Продолжая дальше эту параллель, можно без лишних натяжек сравнить советских обывателей с племенем тэлери: многие годы они скитались за своими вождями, обещавшими привести их к невиданному свету; вожди же вместо этого встретили своё маленькое личное счастье (с билетом на гарантированную эмиграцию) и обосновались со своим народом где пришлось, не забыв отгородиться от остального мира магическим "железным занавесом". Как только "занавес" пал, за вождями потекли в эмиграцию на запад и все остальные, кто мог... И наконец, столь ностальгически обсуждаемый многими "совок" - это психотип орка; испорченный нуждой, мучениями, пресмыканием и злобными нашёптываниями, "совок" способен выжить даже в совершенно нечеловеческих, антисанитарных условиях, способен жрать дерьмо и носить дерюгу, чем и гордится. Все остальные его порывы складываются из презрения к себе, презрения к окружающим и преклонения перед теми из высших сил, которые в перспективе обещают дать больше всего плюшек. Причина лёгкого распада СССР, последующих войн и кризисов, нынешнего футбольно-православного угара - как раз в этом отсутствии самоуважения и простоте преклонения перед свеженьким авторитетом, олицетворяющим судьбу. P.S. Я всё это не к тому пишу, чтобы рассказать, что "Толкиен был первым коммунистом", а для того, чтобы пояснить на примере старый тезис: настоящая большая литература принадлежит всему человечеству, вне зависимости от личных пристрастий и убеждений автора.