(Доктор ?) (with_astronotus) wrote,
(Доктор ?)
with_astronotus

Горящие в пустоте. Эпизод I.

В рамках совместной активности Гаммы А и Гаммы Б Цефея (Альраи) хочу представить своеобразную подборку текстов, представляющих собой самое натуральное описание водилки. Мастером была helghi, главного героя играл я, а среди персонажей, упоминавшихся в тексте, есть часть РС, сыгранных в разное время мной и другими игроками в предыдущих сюжетах.

Как известно, описание водилки — самый низкий из существующих жанров, гаже которого только фанфик по компьютерной FPS-игре, написанный на досуге быдлопрограммером. Поэтому мы представляем вниманию читателей произведение именно в этом жанре, абсолютно не скрывая своего неописуемого удовольствия.

Итак, первый эпизод называется

В поисках Тайны



На поиски врагом пленённой Ситы
Отправился на Ланку Хануман.
Царь обезьян, воинственный и сильный,
Одним прыжком ушёл за океан.
В тиши ночной тьму факелов горящих
По вражьей крепости он разметал хвостом,
И радостно глядел, как среди улиц спящих
Плясал огонь, губя за домом дом.
Горел весь город, ракшасам на горе,
Пылала Ланка в черноте ночной,
А Хануман горящий хвост свой сунул в море…
С тех пор поутру пар клубится над водой.


(Приписывается Бирбалу)


Между двумя рукавами Галактики, в неаккуратной дырке под расхожим названием Задница-14, горела одинокая звезда класса О, внесённая в звёздные каталоги, но никому, помимо астрономов, особенно не интересная. Приличные учёные, как входившие в Сети, так и мирно обитавшие на различных планетах, шарахались как зачумлённые от пустоши и украшавшей её звезды. Дело было в том, что в некоторый момент времени безымянную звезду облюбовал для своих исследований Закария Норт.

Зак Норт был настоящим отморозком. Он вошёл в Сеть Развития, едва ему представилась такая возможность, тем самым немало шокировав своих предков — американских пуритан. Зак занимался астробиологией и биологией асбитов*, что у самих асбитов считалось бесперспективным, а у планетарных учёных — неприличным. Несколько раз опыты Норта доводили до белого каления агентов Сети Контроля, причём дважды — в самом буквальном смысле. За время, примерно эквивалентное пяти земным годам, Зак оплодотворил несколько планет, представлявших до тех пор безжизненные каменные глыбы или вымерзшие газовые пузыри, а потому считавшиеся непригодными к заселению жизнью даже теоретически. Оплодотворял он, впрочем, не только планеты. Он отдавался этому процессу совершенно бескорыстно, из чистой любви к искусству. Неудивительно, что на всех приличных астрокартах регион Задницы-14 был вскоре обозначен как «нежелательный для посещения», а мистически настроенные обитатели нескольких густонаселённых планет, искренне считавшие создание новой жизни прерогативой господа бога, подали на Закарию Норта жалобу в Комитет Галактической Безопасности. Назначена была следственная комиссия из пяти асбитов женского пола, целиком приверженных традиционным межгалактическим ценностям; Закарии Норту пришлось держать перед ними отчёт, плавно перешедший в непревзойдённую по цинизму оргию, достойную пера Бокаччо или Станислава Лема. В итоге Комитет не без удовольствия отмахнулся от жалоб планетарных священников, а Задница-14 получила официальный статус «специального исследовательского полигона», за пределы которого Заку, впрочем, ненавязчиво предлагалось свою повседневную активность не распространять.

В следующие восемь земных лет Закария Норт жил анахоретом в своей суперзвезде, среди ядра которой у него была оборудована уютная квартирка-лаборатория, как следует защищённая от гравитационных искажений пространства. Никто или почти никто из знакомых не имел возможности навестить его там, потому что звезда выжигала всё вокруг на двести с лишним астрономических единиц. Сам Зак выбирался наружу редко и неохотно, в основном, чтобы поскандалить на разного рода конференциях. Бывшие друзья говорили, что Норт совсем поехал на почве мегаломании и собирается работать как минимум в масштабах Вселенной. Сам Закария на вопрос, так это или не так, отвечал обычно односложным «Да». Научные работы, опубликованные им, пестрели непонятными намёками. Из них можно было сделать вывод, что Зак с некоторого момента начал считать звёзды живыми существами и относиться к ним соответствующим образом.

— Ему осталось оплодотворить какую-нибудь симпатичную звёздочку, — шутили злые языки, знавшие нрав и повадки Закарии Норта. — Это будет шоу галактических масштабов! Разве что они сперва найдут для своих занятий какой-нибудь тёмный уголок…

Из значимых социальных достижений Норта за этот период можно было назвать лишь активное участие в спасении одной колонии землян, решившей жить пасторальной жизнью на лоне природы и избравшей себе для этих целей малоизученную систему, в которую тотчас же вторгся немалых размеров метеоритный поток. Узнавший об этом Зак растёр непрошеные космические камни в безвредную пыль, а затем собрал над планетой отклоняющий барьер, во избежание подобных неприятностей в будущем. За это Закарии Норту дали золотую медаль, которую он позже ненароком свернул в суперструну, экспериментируя с оплодотворением элементарных частиц в своей звёздной лаборатории. Оппоненты и родственники на Земле, сходившие перед тем с ума в попытках понять Зака или хотя бы женить его, окончательно махнули на него рукой и оставили наконец-то в покое.

Внешность Зака была вполне под стать его эпатажному поведению. Как и большинство асбитов, он не довольствовался одной формой в качестве вместилища сознания, хотя это и оскорбляло целый ряд религиозных и этических традиций, всё ещё сверхценных для многих обитателей его родной планеты. В человеческом своём облике, доступном для внешнего наблюдения преимущественно на разного рода конференциях и симпозиумах, Закария Норт был мужчина лет тридцати-сорока, носивший костюмы по моде времён президента Линкольна и пышные банты вместо галстуков. От него на две-три астрономических единицы вокруг расходилась аура маскулинности, почти граничившей с половым шовинизмом; однако же в отношениях с женщинами Норт оставался всегда предельно корректен. По своей домашней базе Зак расхаживал обычно в атласном халате и в кушаке с гульфиком, в котором, в зависимости от обстоятельств, лежал либо универсальный анализатор, либо пара ручных термоядерных бомб (Зак очень любил тепло и свет). Второй формой Закарии, менее известной широкой общественности, но порождавшей панику в обеих Сетях при каждом своём появлении, был вид колоссального звездолёта, набитого до отказа измерительной и астробиологической аппаратурой, а также различного рода средствами для разрушения материи, по каким-то причинам мешавшей или надоедавшей Заку Норту. Мало кто был рад видеть в своём личном пространстве этот многокилометровый сплав титана, иридия и инженерного искусства. Впрочем, эту форму Зак хранил обычно в сложенном виде далеко за пределами нормального пространственно-временного континуума, придерживая её про запас.

Сложные отношения с родным человечеством, Сетями и объективной реальностью стали, как уже упоминалось, причиной постепенно развивавшейся страсти Закарии Норта к затворничеству. Он жил на своей станции по земным часам, ставя опыты по заказам различных научных организаций, редактируя свои скандальные статьи и развлекаясь по временам графическими новеллами или телесериалами различных миров, повествующими о похождениях крутых космических героев. Из сомнительных научных достижений Зака за этот период можно упомянуть разве что создание полифазного инжектора, приводимого в действие термоядерным взрывом и производившего на асбитов примерно такой же эффект, какое на чисто биологических землян производит пара стаканчиков неразведённого виски — впрочем, значительно более короткое. По утрам Зак выходил на границы своей солнечной системы, чтобы с оплавленных скал конденсационного пояса полюбоваться звёздным ветром, вздымающимся разноцветными каскадами над Задницей-14. В руке его испарялся неизменный кофе, а в сознании начинала зарождаться мысль, что он, Закария Норт, возможно, зря теряет драгоценные дни своей жизни, так бурно и так удачно начавшейся около полувека назад в Лоренсе, бывший штат Канзас, когда Земля давно уже освободилась от оков старого миропорядка и как следует познакомилась с неожиданно возникшими на её горизонтах соседями по Вселенной.

Так продолжалось до тех пор, пока неожиданно не исчезла Тайна.

Тайну Закария Норт очень любил, но в основном заочно. Тайна была асбиткой, так сказать, по изначальной природе. Её родители, Михаил и Калерия, зачали и создали Тайну совершенно случайно, не вполне понимая ни своих сил, ни своих возможностей в этом вопросе. По счастью, воспитанием юной астробиотехнологической сущности тут же занялся целый коллектив — тогда ещё не асбитов, а операторов Сетей, не сумевших толком распознать, как сильно Земля способна оказать влияние на жизнь всей Вселенной. У Тайны не было детства, она появилась на свет сразу мудрой и знающей, подобно Афине Палладе, и от этого она чувствовала нечто вроде комплекса ущербности, имея дело со своими планетарными сверстниками. Не распознанный вовремя психологический дискомфорт привёл Тайну к тому же состоянию отшельничества, полного поисков и страсти к исследованиям, которое переживал и Зак Норт. В образе исследовательского корабля, с постоянным научным коллективом из асбитов и биологических существ на борту, Тайна год за годом мчалась сквозь Вселенную, исследуя, анализируя, собирая информацию. Была ли она счастлива? И да, и нет. Ведь асбиты, при всех их бесспорных преимуществах, никогда не были цельным народом, и многие из них ненавидели само слово, определяющее их как расу. И Зак, и Тайна познали все неприятности, связанные с изоляцией от исторического движения огромных масс разумных видов, движения, так свойственного планетарным цивилизациям. Но возврата назад не было. В век, когда перемещение из одной точки Галактики в другую занимало десятки секунд, когда одно и то же разумное существо могло иметь десятки различных по свойствам форм и с лёгкостью менять их, когда Итиль в микрокластере Лев-114 создавал новые звёзды по заданным параметрам прямо из вакуума, а Ларионов на Эккинесе объявил об успешном завершении опытов с воскрешением личностей, умерших неограниченное время назад — возвращение под покровы планетарной атмосферы и одной-единственной биологической оболочки, подверженной к тому же старению и смерти, выглядело явным регрессом для разума. Но и асбиты ощущались интуитивно большинством как тупиковая ветвь развития. Новое время требовало новых форм для движения вперёд. И Зак, и Тайна, как и многие другие их соратники, даже не отдавали себе отчёта, что вся их деятельность посвящена удовлетворению острой, почти инстинктивной потребности в поиске и нахождении этих контуров будущего.

И вот теперь Тайна внезапно исчезла. Вместе с ней, разумеется, исчез и её нынешний экипаж — четыре асбита, четыре биологических существа. И, что было самым обидным для Зака во всей этой истории, курс Тайны в момент исчезновения пролегал в какой-то паре сотен световых лет от Задницы-14.
Услышав об этом происшествии, Закария Норт недолго думал. Он допил налитую перед тем чашку «эспрессо», обесточил часть вычислительных мощностей своей лаборатории и, встав из-за рабочего стола, шагнул прямо на сборный пункт для добровольцев, собиравшихся участвовать в поисках и возможном спасении Тайны. Он ни на секунду не сомневался в том, что Тайна жива и здорова; беспокоила его в большей степени именно загадочность самого происшествия. Поэтому, идя по пустынным коридорам сборного пункта, Зак думал не столько о природе возникшей проблемы, сколько о самой Тайне. Норту нравилось вспоминать её стремительность и порывистость, её аккуратные, точные суждения о любых важных вопросах, тихие и настойчивые, приятные для слуха и чувств позывные Тайны, возбуждающе плавную округлость её внешних обводов…

От приятных размышлений о свойствах Тайны Закарию отвлекло прибытие второго добровольца-спасателя. Вначале Зак почувствовал Волну**, по свойствам которой он легко предсказал присутствие на станции женщины. Мгновением спустя появилась и она сама — сильная, красивая астробиологическая сущность в облике прелестной молодой гинерианки***. Зак почувствовал некоторую неловкость; он явно знал эту женщину, но в то же время не мог определить, кто она такая.

— Здравствуй, Норт, — сказала гинерианка, разрешая его сомнения. — Я — Аора. Никогда не видела тебя раньше в таком виде, а жаль!

Закария Норт сильно смутился. Аору он знал, и знал прекрасно. Аора была искусственным интеллектом, созданным гинерианскими школьниками в качестве какого-то учебного проекта. Прожив в этом качестве длинную и насыщенную событиями жизнь, которую с полным правом можно было бы считать детством, Аора подалась в асбиты, так как считала, что именно там найдёт своим способностям наилучшее применение. Раз в два-три земных дня Аора прилетала к звезде Зака и собирала бесхозные потоки лучистой энергии, которые затем развозила в бидонах по нескольким окрестным цивилизациям, отпуская им упакованную**** энергию на розлив. То, что Зак Норт не узнал Аору по её Волне, заставило его смущаться. Раньше он считал, что в совершенстве разбирается в женщинах, и ощущение того, что это не всегда так, кольнуло его самолюбие. Кроме того, он обругал себя за то, что никогда не ощущал раньше красоты гинерианки, несколько лет жившей с ним буквально бок о бок.

— Извини, Аора, — сказал он, — нам надо было близко познакомиться намного раньше. Я виноват, что не сделал этого сам. Слишком ушёл в свои интересы.

— А я не хотела тебя беспокоить, навязываясь в гости, — ответила ему Аора. — Конечно, ты очень интересный, и к тому же землянин, а я о землянах не знаю почти ничего, кроме приключений капитана Ларионова. Мне всегда очень хотелось с тобой пообщаться, но я стесняюсь, потому что боюсь тебе помешать. Ведь ты занимаешься какими-то научными проектами, от которых, по слухам, лихорадит всю Галактику, а то и не одну!

Эти слова Аоры польстили самолюбию Зака. Не теряя времени, он установил два канала для связи с Аорой, по одному из которых завёл деловой разговор о пропаже Тайны и о том, что необходимо, по его мнению, предпринять для её поисков, а по другому каналу сказал ей:

— Я был глупцом, когда раньше не дал себе труда поближе познакомиться с такой замечательной девушкой! Мне, конечно, тревожно за Тайну, но я всё равно рад, что мне представился случай познакомиться с тобой и работать вместе. Иначе я потерял бы ещё больше времени. Но я не хочу скрывать, что ты интересуешь меня как женщина. Поэтому, если тебя это оскорбляет или беспокоит, скажи мне об этом сейчас, и ты больше об этом никогда от меня не услышишь!

— Что ты! — ответила ему Аора. — Мне, наоборот, очень приятно услышать от тебя такие вещи. Да и какая женщина была бы оскорблена такими словами сильного и умного мужчины?! Но, знаешь, меня беспокоит это, потому что ты первый, от кого я услышала подобные слова, и я не знаю, как я должна на них отвечать и что мне надо об этом думать. И потом, мы очень разные: ты по происхождению землянин, а я — гинерианка, и ты родился биологическим существом, а я изначально была, пожалуй, всё-таки очень умной машиной. Я рада была бы, если бы тебе было вдруг хорошо со мной, потому что у меня вообще-то никого нет рядом. Но я боюсь оказаться для тебя обузой, потому что наверняка не знаю каких-то важных вещей, составляющих тайну жизни женского пола.

— Может, это и хорошо? — возразил на это Закария Норт. — Где меньше сложностей и недомолвок, там больше взаимопонимания, а оно, как мне кажется, требуется и в дружбе, и в любви. Не скрою, что обо мне ходит дурная слава, и я в самом деле знал многих женщин. Но я не скрывался ни от кого из них, никого не предал и не изменил ни одному своему обещанию, данному им! (Аора точно знала, что это правда; таковы уж особенности информационного обмена между асбитами.) Все они, — добавил Зак, — остались со мной до сих пор в прекраснейших отношениях, если только, конечно, не забыли меня, и если не считать тех одиннадцати дурочек, которые затащили меня в постель ради сомнительных перспектив замужества за магистром астробиологии. Любовь доставляла им несравнимо меньшее удовольствие, чем статус и престиж, а я, увы, не могу дать ни того, ни другого… А что касается разности нашей природы, — продолжал он, — так сейчас мы оба асбиты, что бы ни значило это мерзкое переходное словечко. Следовательно, мы сородичи по виду и можем сделать всё, что нам заблагорассудится, если таково будет наше общее желание!

— Я в таких вещах неопытна, — ответила на это Аора, — но чувствую, что готова помочь тебе удовлетворить любое твоё желание, так что оно непременно станет для нас общим.

На этом месте Закария Норт взял длинноногую гинерианку на руки и перенёс её в свою форму-корабль, предусмотрительно развёрнутую им заранее в паре астрономических единиц от точки сбора. Здесь он уложил девушку на мягкие губчатые панели, служившие полом, и, невзирая на так беспокоившие Аору биологические различия между землянином и гинерианкой, развлёк себя и её тем древним и прекрасным способом, который даровала всем разумным видам во Вселенной их биологическая эволюция. За то время, пока происходило это событие, Аора успела рассчитать и создать себе тело земной девушки — юной темнокожей красавицы с точёными чертами лица, чуть вздёрнутым носиком и заранее уложенным вокруг головы венцом из мелких плетёных косичек. Это тело так идеально подходило Аоре, как будто она в нём родилась и провела всю жизнь. В таком облике она вновь предстала перед Заком, который должным образом оценил вкус и красоту своей новой подруги и остался этим совершенно счастлив.

— Даже не ожидала, что это будет так интересно, — призналась Аора, стоя в душевой кабинке звездолёта Зака и гладя рукой стену (звездолёт тоже был Заком Нортом, и они оба знали это). — Ты не жалеешь, что предложил мне попробовать?

— Нет. Это было прекрасно, — честно признался Закария Норт.

Пока происходили все эти события, второй канал связи, на котором Аора и Зак обсуждали пропажу Тайны, оставался активным и наполненным рабочими вопросами.

Прежде всего Аора сделала несколько десятков автоматических модулей-разведчиков и разослала их во все концы той зоны, где пропала Тайна. Модули были нагружены специальным оборудованием, созданным и настроенным Закарией Нортом для исследования свойств пространства. Устройства обнаружили Волну, расходившуюся в космосе вслед полёту Тайны, и путём несложных вычислений, удававшихся Аоре куда легче, чем Заку, была с точностью до нескольких миллиардов километров установлена точка, где Тайна исчезла. Ещё четверо добровольцев-асбитов, прибывшие на сборный пункт, отправились в этот район и обнаружили в нём очень своеобразную картину.

В пустом и скучном участке пространства, вдалеке от звёзд и скоплений космической пыли, прослеживалась узкая, тонкая гравитационная аномалия, сопровождавшаяся небольшими изменениями в плотности энергии и в оптических свойствах вакуума. По образному выражению Закарии, это было похоже на то, как будто по ткани пространства в этом месте провели стеклорезом. Курс Тайны пересекался перпендикулярно с этой загадочной чертой — и исчезал.

— Видимо, Тайна налетела на эту черту, как на ловушку, — сказал один из асбитов, исследовавших район исчезновения корабля. — Но что эта ловушка делает? Наши зонды пересекают её почти беспрепятственно.
Зак, опомнившийся к тому времени от неожиданно обрушившихся на него впечатлений, возразил на это замечание.

— Обратите внимание: Тайна летела в обычном пространстве! Здесь нет ничего другого, что стоило бы астрофизического исследования, а значит, Тайна и её экипаж сознательно летели именно к этой странной черте. Думаю, что она, эта черта — след соприкосновения нашей Вселенной с другим, изменённым пространством. Но куда ведёт этот след?!

— Куда бы он ни вёл, он исчезает, — ответил другой исследователь. — Эта штука как будто бы раньше была активнее, а теперь от её работы остался только шрам на ткани пространства. Проникнуть сквозь эту щель невозможно, куда бы она ни вела!

— А если заново накачать её энергией?! Тайна ведь как-то проникла туда!

На этом месте Зак, не любивший рассуждать зря, бросил в проблемную зону одну из своих карманных термоядерных бомб. В космосе неслабо полыхнуло, а детекторы асбитов тотчас же засекли резкие изменения в состоянии странной пространственной аномалии.

— Похоже, она приоткрылась, — сообщила Аора. — Если бы притащить сюда квантовый генератор на антиматерии, такой, как был у Тайны, мы взрезали бы эту штуковину.

— Дайте мне пару десятков земных часов, — ответил доброволец из Сети Развития, работавший с энергетическими установками сборного пункта, — и такой генератор будет у вас прямо здесь.

— А доставить его сюда побыстрее — неоткуда?!

— Нет. Чтобы заново открыть проход, нужны в буквальном смысле слова звёздные энергетические мощности. Видимо, эта аномалия была раньше куда активнее, но проход Тайны сквозь неё разрядил её и испортил.

— Звёздные мощности нужны, говорите?! — Закария Норт вдруг повеселел. — У вас будут звёздные мощности, прямо здесь и всего за несколько минут! Аора! Идём со мной ко мне на станцию!

Закария Норт привёл Аору в Задницу-14. К этому моменту формы обоих асбитов были полностью развёрнуты и заряжены до максимального уровня адронной энергией. Технические формы — два звёздных корабля, летевшие борт о борт, — оставлены были на удалённой орбите, в то время как биологические формы сознания (Аора была воплощена в теле земной девушки) вошли в помещение станции, скрытое в ядре звезды. Здесь в одном из отсеков, площадью примерно в полмиллиона квадратных километров — Зак страдал лёгкой формой клаустрофобии, — стояла удобная кровать с панцирной сеткой, на которую магистр астробиологии немедленно завалился сам и жестом предложил своей подруге присоединяться к нему. В то время как земное воплощение Аоры вновь и вновь переживало открывшейся ей мир удивительных ощущений, та же Аора в облике гинерианки и в виде космического корабля слушала замысел Закарии Норта, открытый ей во всех его подробностях.

— Я, — говорил ей Закария, — всецело восхищён как биологической, так и метабиологической эволюцией, породившей в макромире цивилизации, сети и асбитов. Но мы по-прежнему ограничены в своих возможностях, ограничены чудовищно и нечестно, потому что стремления и потребности разума в преобразовании природы сильно опережают наш возможный энергетический потенциал. Вслед за покорением макромира мы начинаем изменять мегамир, солнца, планетные системы и галактики. Но у нас, даже у асбитов, даже у целых разумных рас, всё ещё чудовищно мало энергии, да и срок нашей жизни в астрономических масштабах вряд ли так уж велик! Взгляни на эту прекрасную звезду; срок её жизни в звёздных масштабах — мгновение, всего триста тысяч земных лет; но и эта звезда может пережить нас с тобой! Мы не увидим ни конца наших дел, ни начала наших новых творений. А потому я задумал новое — и вот, я творю новое!

Аора слушала его, широко раскрыв каналы.

— Эта звезда, — продолжил Зак, — слита сейчас с находящейся в её недрах станцией, являющейся одной из моих форм. Станция ведёт со звездой работу, преобразуя её зоны термоядерного горения, управляя протон-протонным циклом и каталитическим циклом Бете, обеспечивающими звезде такую колоссальную светимость. Это и есть наш источник энергии — источник, который я приведу к разлому в пространстве, где пропала Тайна, чтобы вновь активировать его. Но это всего лишь начало. В конечном итоге, вся звезда, управляемая и перестроенная в соответствии с моими потребностями, должна стать моей формой!

— Это же невозможно! — воскликнула Аора. — Никому ещё не удавалось создать или поглотить форму такой величины!

— А мне удастся, я надеюсь, — ответил Закария Норт, — не зря же я магистр астробиологии. Впрочем, придётся заниматься этим по ходу дела. Захватим сейчас звезду с собой, а дальше я её доделаю — как и себя, впрочем. И тебя, если захочешь. Хочешь стоять у истоков новой разумной расы, живущей в мегамире?!

— Конечно! — ответила Аора.

— Тогда решено: отправляемся вместе на поиски Тайны и на испытание моих идей в практике. Вперёд!

…Наблюдатели, предупреждённые о необходимости заранее убраться из опасного района, с удивлением увидели, как подле трещины в ткани вакуума разгорелось яркое фиолетовое сияние. Сияние превратилось в ослепительную сине-голубую звезду — и тотчас угасло. Трещина в пространстве вспыхнула внутренним светом на краткое мгновение, давшее, впрочем, исследователям десятки квинтиллионов бит информации о ней и о том мире, который скрывался за её пределами. Задница-14 погрузилась во тьму. Вместе с освещавшей её звездой исчез из нашей Вселенной и космический отморозок Закария Норт, и большая часть его спутницы Аоры — за исключением, впрочем, гинерианской её формы, оставшейся на сборном пункте для обеспечения связи с отважными исследователями иного мира, ушедшими в поисках Тайны. Пять бидонов с энергетическим концентратом, припасённые с утра, Аора предусмотрительно прихватила с собой в дорогу.

От Аоры-гинерианки обитатели нашей Галактики и узнавали долгое время обо всех последовавших за этим приключениях и событиях. Главным из этих событий было то, что в бурях и перипетиях странствий по новому миру Зак Норт, ко всеобщему сожалению, не только выжил, но и успешно приступил к самому любимому делу своей жизни — к неконтролируемому размножению.

* Астробиотехнологические существа (асбиты) — общепринятое наименование для метабиологических индивидуумов и рас, входящих в Сети или по другим причинам имеющих способности к перестройке своего организма при сохранении базовых функций сознания.

** Волна — своеобразное искажение в вероятностном поле, генерируемое асбитами и некоторыми другими сверхсложными объектами. В принципе, Волну создают и обычные биологические существа, но её присутствие заметно слабее. Волна одного асбита в среднем в 5-6 раз сильнее Волны всей земной биосферы.

*** Гинерианская раса гуманоидов относится по внешности к жирафам примерно так же, как земные разумные гуманоиды (люди) — к гориллам. Вообще, в биологической Вселенной трудно встретить что-то совсем оригинальное, особенно если дело касается разумных существ.

**** Лучистая энергия упаковывается в форме квантов поля, свёрнутых в неполной пространственной метрике, и разливается для хранения в бутылки Кляйна из тёмной материи, заткнутые одноразовыми адронными пробками, или в специальные бидоны с плотной крышкой. При соблюдении условий хранения такая энергия хорошо транспортируется, легко усваивается и очень полезна для роста молодых цивилизаций.

Tags: "Горящие в пустоте", литература
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 1 comment