(Доктор ?) (with_astronotus) wrote,
(Доктор ?)
with_astronotus

О культуре страны.

Мысль, возмущающая «тилихенцию» всех классических сортов и прекрасно отрефлексированная между тем в практике большевиков, с их поистине американской деловитостью и прагматизмом — это мысль о том, что культура страны задаётся не количеством гениальных писателей и, тем более, не численностью ансамблей из бабушек в национальных костюмах, исполняющих «Ой, да люлей, да люлей…» под аутентичный бубен и зурну. Главный показатель национальной культуры — абсолютный удельный вес (то есть, процент от численности, а не количество привилегий!) в обществе грамотных инженеров, учёных, педагогов, зоотехников и агрономов, квалифицированных промышленных рабочих. Именно они, а не абстрактно взятая «совесть нации», противостоят разгулу стихии всех видов, от природных катастроф до религиозного мракобесия включительно; именно они формируют тот культурный пласт, по которому можно судить об общем благосостоянии конкретного народа в современную эпоху.

Разумеется, культура производства (в абсолютном приближении, производства промышленного) и культура потребления являются двумя сторонами общей культуры; одно не мыслимо без другого. Если повар не пробовал в жизни ничего слаще варёного конского дерьма, то он будет воспроизводить это дерьмо даже из самого лучшего сырья и с самыми лучшими инструментами; ещё хуже, когда вкус к дерьму сформирован у конечного потребителя продукции, как часть общего равнодушия и беззаботного отношения к текущим условиям жизни. Если в обществе принято насиловать женщин и обманывать мужчин, разговоры о «справедливости здесь и сейчас» будут встречены с усмешкой (а справедливость — это тоже благо, предназначенное к потреблению). И так во всём.

С другой стороны, привыкнув сыто жрать и не отдавать ничего за дефицитный ресурс, привыкнув участвовать в потреблении, но не в производстве, член дестабилизированного, разложившегося общества превращается в профессионального нытика и попрошайку, принципиально не участвующего ни прямо, ни косвенно в производственной деятельности и занятого главным образом перечислением своих ущемлённых прав, достоинств и обид на соседей, у которых всё есть, а ему не дали. Этот нытик-потребитель — готовый субстрат фашистских идей, в основе которых всегда лежит постулирование собственной исключительности.

Последний тип личности особенно характерен для людей с сохранившимся и переданным в поколениях мировоззрением крестьян-частников, отброшенных капиталистической промышленностью (в т.ч. пищевой) в сторону от столбовой дороги прогресса. Именно мелкие бауэры и вышедшие из бауэрской среды мелкие бюргеры больше всех топят за «национальную культуру» и «самобытность». Но так как рост того и другого закономерно приводит к превращению страны в селюковый бантустан, то даже самые правые власти немножко контролируют это разнузданное нытьё, если они заинтересованы сохранить страну, народ и, как следствие, своё влияние на события — сущность любой власти.

В этом смысле, любая страна, сделавшая в XXI веке выбор в пользу селюкового мировоззрения. обречена на прозябание. Парадокс, однако, в том, что правители таких стран могут оказаться безвольными марионетками мировых лидеров, заинтересованными в личном безбедном существовании больше, чем в сохранении страны и своей власти над ней. (Нет-нет, я ничего конкретно не имею в виду, я свято соблюдаю Минские соглашения, да и вообще — мало ли примеров, что вы все со своими сюда прётесь?!) Власти они не имеют и не хотят, озвучивая распоряжения каких-нибудь «чикагских мальчиков» и получая взамен ежедневный бифштекс и банку импортного пива. На этом фоне даже региональный империализм выглядит прогрессивнее — хотя бы потому, что создаёт пролетариат, а с ним ту самую культуру производства, потребления и коллективного действия, которая в итоге и является, по законам исторической диалектики, взрывчатым веществом всякой революционной борьбы.

Поэтому нужно и необходимо подвергать беспощадной критике все виды «этической программы», ставящие во главу угла для социалистических преобразований различные условия изменения нематериальной культуры — от возрождения «общинности» и «народности» до формирования новых экстатических культов включительно. Единственное условие научного социализма и коммунизма — высокоразвитая машинная цивилизация, опирающаяся на широкую и твёрдую опору реально производимых материальных благ. Всеобщность потребления этих благ и чисто общественный характер их производства — вот опорные камни в фундаменте реально достижимого социалистического общества.
Tags: политинформация, теория
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 55 comments