регламент

Техническое.

Из-за приступа улучшайзинга и слияния/поглощения независимых айти-гигантов Яндексом я полностью потерял доступ к своей важной почте, в том числе и той, на которую приходили раньше уведомления о комментариях в ЖЖ.

Как следствие, обнаружилась куча пропущенных комментов и ответов, причём аж примерно за полгода. Прошу прощения у всех авторов, которым забыл вовремя дать ответ. Это не я такой, это жизнь при капитализме такая.

При СССР все отвечали на комментарии в ЖЖ вовремя, так-то!
маразм

Бракоделы российской сборки — AquaEl

С акваэлем-трихуэлем, переехавшим в Россию, иметь дело стало решительно невозможно. Два фильтра разной конструкции, купленные ровно год назад (время заводской гарантии), одновременно вышли из строя — начали издавать противоестественный треск. Теперь их можно использовать разве что в качестве вибраторов, но мне некуда их в этом качестве применять… Из двух новых фильтров, купленных на замену, один издаёт звук, похожий на рёв турбины самолёта во взлётном режиме, но «возврату и обмену не подлежит», а сервисный центр отказывается признавать дефект.

Более того, созвонившись с официальным представителем (оптового дилера, правда, а не производителя), я получил внезапно уже поднадоевший за четверть века стандартный ответ: в России, дескать, аквариумы не нужны, купит мама чаду десятилитровое ведро с супом из рыбок, рыбки передохнут за три месяца, вот и всё, конец увлечению, а уж три-то месяца и фильтр послужит, и шум домашние потерпят…

Мораль: с Акваэлем надо быть осторожнее, и брать только в лояльных магазинах.
оффтопик

Локальная мифология.

Сотрудница пишет по поводу понаехавшего московского баскака:

Ну, не приживаются у нас в восточных землях столичные приказчики! Вот на Урале таких то Дайко-змей под землю сведёт, то Медной горы Хозяйка в пустую породу перекинет… А у нас тут Обь-бабушка таких мудозвонов по весне на зассаной льдине на х… сплавляет вниз по течению!
редакторская колонка

Патентованное средство от жлобов.

Не секрет, что в сетевых, да и личных дискуссиях набор аргументов стандартного антисоветчика быстро скатывается к неизменному жлобскому набору: в СССР иномарок не было, мясо видели раз в год, между серыми унылыми домами суетились пьяные мужички и курящие дети, а у прадеда жлоба была корова, которую большевики в коллективизацию свели и репрессировали. Жлобу в СССР было очень плохо жить. Далее репертуар варьируется, но незначительно: если жлоб устроился в наши дни на хорошую кормушку и купил себе вожделенную пропуканную иномарку, то он хвалит капитализм и рассказывает, как похорошела жизнь без проклятых коммунистов. Если же жлоб продолжает сосать розовый локоть (под водочку и пластиковый сыр из супермаркета, разумеется), то стонет он уже в другой тональности — что капитализм у нас неправильный, коммунисты сперва всё разрушили, а теперь до сих пор у власти, и вот они-то, коммунисты эти, как раз и не дают жлобу как следует разбогатеть. Для начала те и другие предлагают вернуть прадедову корову…

Поскольку переубеждать эту публику незачем, да и не получится, а заставить её породить хоть что-то креативное тоже невозможно, я в итоге пришёл к простому методу борьбы с ними. Когда очередной жлоб начинает заливаться на тему, как ему было плохо жить в «совке» и как хорошо/плохо жить сейчас, я в ответ говорю ему вещь, приводящую жлоба в ступор:

—А мне нормально было. А на вас и вашего прадеда мне пофигу с высокой колокольни. Хоть ржавчину жрите с колючей проволоки! Мне-то какое дело?!

И вот эта идея, самим жлобами довольно постоянно и открыто культивируемая (пусть весь мир хоть сдохнет, главное, чтобы мне было хорошо), будучи применена к самому жлобу, приводит его в бесподобный ступор. Он почему-то с трудом свыкается с мыслью, что на него, любимого, всем окружающим может быть пофиг. И тут же с пеной у рта жлоб начинает доказывать, что это не так, что он важный и ценный кадр, высокооплачиваемый специалист, представитель гордого, но вымирающего народа (неважно, какого), что он лицо пострадавшее, и самое главное — что тот, кто посмел высказаться о нём в таком ключе, на самом деле не просто задолжал ему по гроб жизни, но ещё и тяжко его, жлоба, оскорбил и обидел, а в равной степени обидел его, жлоба, мать, родину, предков, небо, Аллаха и прадедову корову, зверски замученную большевистским палачом Блохиным на Семипалатинском ядерном полигоне… Сама идея, что он, жлоб, со своими проблемами может не представлять никакой ценности для других людей, вызывает у жлоба мгновенный разрыв шаблона и пиролиз ЧСВ.

Похоже, последняя треть ХХ века и вправду воспитала поколение людей, твёрдо уверенных, что им кто-то и чем-то обязан сверх заключённых сделок и договоров, в одностороннем порядке. Нарушения логики, вплоть до отрицания очевидного и искажений схизиса, приобретает поистине массовый характер. Однако всё не так плохо: судя по разного рода комментам и лайкам на сетевых ресурсах, большинство людей всё-таки видит порочность этой логики и не прибегает к ней. И всё же жлобов становится всё больше больше, и выразить незаинтересованность в благополучии жлоба — прекрасный метод остановить его излияния, а заодно предоставить ему доказать свою собственную ничтожность. Поэтому я просто оставлю это патентованное средство от жлобов здесь.
маразм

Автолюбительское.

Придя к власти вместо Трампа, Байден сразу поднял цены на бензин в России на 2-3 рубля, причём продолжает поднимать их где-то на 30-50 копеек в неделю, судя по тому, что отображают табло на заправках. Антироссийские санкции в действии!

Но мы знаем, что наше правительство заботится о народе, поэтому, когда мы продадим побольше вакцины от коронавируса в другие страны и в едином порыве народного энтузиазма достроим «Северный поток-2», цены на бензин тоже непременно упадут!

А пока, разумеется, надо больше работать и зарабатывать, потому что государство нам ничем не обязано. И вообще, люди живут прекрасно; выйдешь во двор, посмотришь — одни иномарки вокруг! Не то что в СССР, где одни «Москвичи» с «Жигулями»!
эмо

Почему люди боятся репрессий и хотят их.

Чтобы познать на собственном опыте цену какого-то блага, необходимо иметь его, потом лишиться и получить возможность обрести вновь; приемлемый разброс цен даст ответ на вопрос, какова цена того или иного блага. Иногда этот ответ оказывается обескураживающим; так, человеческие жизнь и здоровье отнюдь не бесценны — ими можно и нужно платить за многие большие вещи, например, за победу в войне.

Стоимость блага, в отличие от его цены, легче всего познаётся на опыте иным способом; благо надо создать, дав возможность другому воспользоваться им. Ощущения от проделанного труда и от того, как и кем используются его результаты, и есть путь к оценке стоимости блага. Само собой разумеется, что в стоимость закладывается также и себестоимость, и издержки производства, в том числе и чужие, так как в человеческом обществе создание абсолютно любых благ есть процесс безусловно коллективный, всеобщий.

И вот стоимость таких вещей, как жизнь и здоровье человека, всегда чрезвычайно высока. Никто из тех, кто дал жизнь (в широком смысле слова — ведь «дать жизнь» означает не только зачать, выносить и родить, но и вскормить, воспитать, научить навыкам и законам человеческого бытия, приспособить к обществу — это тоже дело общественное, массовое), не станет ценить жизнь дёшево. Потому требования матерей зачастую противоречат требованиям героев, а репрессии, необходимые в годы войны, вызывают возмущение в мирное время. Такова разница между ценой и стоимостью.

Мы же живём в то переходное время, когда одни воюют, другие хотят воевать, третьи же желают, чтобы кто-то воевал вместо них. Отсюда и такой нелепый разброс оценок стоимости своей и чужой жизни.
редакторская колонка

Лжепатриоты, пломбир и арахисовое масло.

Я очень уважаю настоящих советских патриотов. Но их мало. Гораздо больше, к сожалению, тех, кто под патриотизмом маскирует ксенофобию, сдобренную иногда тупым старческим убеждением, что раньше всё было лучше. Поэтому я разработал и использую давольно простой тест на ум и такт собеседника, начинающего рассказывать мне про самую лучшую на свете страну, где он в детстве ел колбасу из натуральных продуктов и вкусный сливочный пломбир, коего теперь уже нигде и никогда не попробуешь*.

—А вот,— говорю,— представьте себе воспоминания американского подростка. Отец берёт его на бейсбол. Перед началом матча играют американский гимн, солдаты в парадной форме растягивают флаг. Потом начинается матч, кетчер в своей команде ловит с подачи, защита отправляет питчера в аут. Холодная кола в бутылке, вкусный сэндвич с арахисовым маслом. Чем плохи такие воспоминания? Для этого парня Америка — самая лучшая на свете страна…

Умный человек при этом соскакивает с колбасно-пломбирной темы и начинает объяснять, что важно было строить социализм. Человек более или менее умный, но не желающий углубляться в патриотические дебри, просто соглашается, что американскому парнишке при таких раскладах тоже очень даже есть за что любить свою родину и «усыпанное звёздами полотнище»™. А вот дурак, набрав полную грудь воздуха, начинает вещать:

- что чипсы и кола — вредно, от них толстеют;
- что бейсбол — не игра, это скучно, и вообще, это переделанная русская лапта;
- что американский патриотизм воспитывает военщину и привычку линчевать негров;
- и вообще, Америка — не страна, а недоразумение, и зачем они только от Англии отделились?

И так далее. Вы это не пропустите. Ибо узнаете благородных по делам их, а глупцов по словам их.

К сожалению, глупцов много больше, чем умных людей вообще и настоящих патриотов СССР в частности. Давно растаявший пломбир и эскимо затопили многим не только совесть, но и элементарное чувство логики. Вот с такими вот «патриотами» и приходится время от времени сцепляться, чтобы счистить потёки их эскимо с нашего красного флага. А СССР был великой страной, он велик и в жизни и в смерти, да. Но пломбирщики к этому величию отношения не имеют.

* Рекомендую турецкую фирму Algida.
аватара

«Макарошки всегда стоят одинаково»©.

Макароны, сваренные традиционным способом, многим быстро надоедают и не лезут в горло, а приходится. Есть простой способ приготовить вкусную пасту айоли, она же — макароны в чесночном соусе. Помимо стандартной кухонной утвари, для этого рецепта понадобится блендер (это такой с ножиками на конце, не перепутайте с миксером).

Ингредиенты (на 1 порцию):

1/4 пачки (70-100 г) хороших макаронных изделий, лучше длинных (спагетти, букатини, баветте), но можно любые.
2 крупных зубчика чеснока
2 столовых ложки растительного масла (я беру подсолнечное рафинированное, но тут на любителя)
2 столовых ложки воды
Соль, острый красный перец — по вкусу
Вода в достаточном количестве для варки макарон

Воду посолить, вскипятить. (Я думаю, вы уже знаете, что для варки макаронных изделий воды надо брать побольше). Как вскипит, кинуть туда очищенные зубчики чеснока. Варить минуту, достать шумовкой. Положить вариться макароны. Ошпаренный чеснок сунуть в стакан блендера, влить туда же масло, воду, взбить 15-30 секунд. Посолить, добавить острый красный перец, взбить ещё на раз. Смесь вылить в сковородку, довести до кипения. Макароны, сваренные «аль денте» (т.е., слегка твёрдые внутри), не споласкивая, сунуть в кипящий соус. Обжарить макароны с соусом примерно минуту, сразу же подавать. Можно присыпать сверху твёрдым сыром…
редакторская колонка

Снова азы о роли рабочего класса.

У господ меньшевиков, примкнувших к леволибералам, есть любимая тема для нытья — рабочий класс, мол, сам по себе не революционен и не порождает сам собою храбрых людей в кожаных куртках, готовых устанавливать новые порядки. Нелепость этой претензии очевидна уже более ста лет — сами по себе даже кошки не рожают. Другой вопрос — природа этой претензии; она ведь вырастает не на ровном месте, а берётся всё из той же удивительно нелепой концепции, что можно и нужно найти какой-то внешний источник морали, её априорный носитель. За стенаниями таких субъектов отчётливо читается удивлённое восклицание: «Но ведь если рабочий класс, прежде всего промышленный пролетариат, должен быть двигателем революции, то где его моральная тенденция к борьбе, к выходу за рамки собственной ограниченности, к построению новой этики, морали, общества, основанного на принципах равенства, коллективизма и т.д.? Откуда же тогда берётся эта армия воинствующих жлобов, не желающих видеть дальше собственного носа?!».

Господам меньшевикам и примкнувшим я уже давал хорошо известный любому образованному (то есть, читавшему Маркса и Ленина) человеку ответ: рабочий класс — не панацея и не спаситель в нимбе, а лежащая мёртвым грузом взрывчатка, из всех видов социальных взрывчатых веществ наиболее, в силу общественного положения, способная к детонации, только и всего. С точки зрения самого процесса взрывной реакции совершенно неважно, кто подведёт к этой взрывчатке детонаторы и осуществит зажигание: РСДРП(б), НСДАП или какая-нибудь «Партида Лабориста»; с той или иной долей сопротивления, взрывной процесс в накопившейся и готовой к детонации массе пойдёт, высвободив скопившуюся энергию. Этим, в сущности, и пользуются по всему миру платные провокаторы под левыми лозунгами, устраивая небольшие бессмысленные бабахи там и сям. Естественно, если взять и просто так подорвать взрывчатку, получается эффектное, опасное вблизи и иногда довольно красивое зрелище — но этим всё и кончается.

Чтобы взрывчатое вещество совершило полезную работу, ему необходима обвязка, предназначенная для конкретных условий и конкретного типа работы. Взрывчатку надо организовать, придав ей необходимые формы (пробить шурф, насыпать плотину или расколотить бронированную стенку — три совершенно разных задачи!). Для больших масс или сложных форм нужно обеспечить одновременность или правильный порядок детонации, инициируя процессы строго в нужной последовательности и в нужное время. Выделившуюся энергию нужно канализировать и использовать с самым высоким возможным КПД, всемерно избегая ненужных разрушений, перерасхода усилий и потери энергии на различные внутренние переходы. Наконец, требуется принять меры к обеспечению максимальной безопасности процесса, отводу гражданского населения и инфраструктуры из зоны возможных разрушений, осаждению и утилизации опасных продуктов реакции, и т.п.

В случае с революцией этим занимается не класс. Этим занимается политическая партия (в широком смысле термина). И без организованной (а также организующей) работы партии любые выступления рабочего класса превратятся в шумный, но бессмысленный гросс-бабах. Сами рабочие это прекрасно осознают, и, не имея организующего начала, в политику от имени класса лезут очень нечасто. Это мелкий лавочник или рантье считает себя умнее всех зверей полевых, потому с удовольствием обсуждает приказы командиров в битве при Сольферино, ругает Рузвельта за непродуманные экономические решения и любит устраивать «революции гидотности» с фейерверками. Рабочий в массе чужд таких глупостей; свою великую силу он приберегает для великих дел, а вот «моральностью» и «духовностью» не страдает вообще. И это правильно.