Category: россия

Category was added automatically. Read all entries about "россия".

оффтопик

Опять про типичный Новосибирск.

Поехал я тут в город, новую жабу прикупить. (Я официально одобряю и поддерживаю многожабство, если что). Иду по улице, а там новый посудный магазин, и девушка-мерчендайзер стоит, мёрзнет. Без пуховика, без феминитива, только флаеров пачка в руке.

—Заходите,— говорит,— мужчина, к нам. У нас есть вообще совершенно любая посуда для кухни!

—О,— говорю,— как здорово! Дайте мне тогда, пожалуйста, чайник Рассела!

Она так расстроилась:

—Нету,— говорит,— кончились! В среду последний отправили наложенным платежом на орбиту между Землёй и Марсом. Но зато у нас есть английские алюминиевые сковороды!

Алюминиевая сковорода мне была без надобности. Хотел я от тоски хоть бутылку Клейна прикупить, но по зрелом размышлении деньги решил не тратить.

А жабу я всё-таки привёз домой. Зелёную! Вот.
политинформация

Сочинителям детективных историй на заметку.

В криминальной традиции Новосибирска любимое вещество из группы «Новичок» — это этилмеркурхлорид, он же «гранозан», популярный фумигатор для зерновых культур.

Симптомы отравления этилмеркурхлоридом отчасти похожи на симптомы действия фосфорорганических веществ. Но сходство это чисто внешнее. Гранозан — органическая соль ртути.

Расследованию отравления мелкого советского чиновника гранозаном посвящён старый детектив новосибирского писателя Михаила Черненка под запоминающимся названием «Последствия неустранимы».
аватара

На страшных берегах Обского моря.

Досталась мне на литературную рецензию вещь, которая будет посильнее не то что «Фауста» Гёте, но и легендарной «Атаки печенегов». Вещь свеженькая, видно, что авторка вдохновлялась «Зулейхой». Итак, встречайте, если выйдет — Ариадна Волконская, «Холодные годы».

В авторецензии сказано, что это история трёх поколений семьи авторки, поданная с женской точки зрения. Учитывая, где у здорового человека обычно находятся глаза, я не уверен, что женская точка зрения должна так уж радикально отличаться от мужской, но не хочу быть обвинённым в нетолерантности к менструирующим людям, как Роулинг, потому приму это как данность. Замечу лишь, что мои собственные глаза постепенно натянулись в процессе чтения куда-то совершенно не туда.

Collapse )
редакторская колонка

«Послушай, ври, да знай же меру!»©

По понятным причинам, сейчас в сети регулярно обсуждают вспышку оспы в Москве в 1959 году.

Раскрыты темы: тоталитарное правительство тут же установило тоталитарный контроль над всеми заболевшими; все были тоталитарно перемещены на карантин или принудительное лечение; всё, связанное с оспой, было тотально реквизировано; тоталитарные СМИ промолчали; в тоталитарном СССР тема эпидемии замалчивалась вплоть до эпохи гласности.

Очевидно, киностудия имени Довженко, снявшая по горячим следам этих событий довольно хороший советский фильм «В город пришла беда», была заслана в Москву украинскими националистами с целью подрыва тоталитарных устоев и последующего развала страны. А под сотню тысяч человек, получившие прививки оспы в Москве и других крупных городах, все до единого дали подписку о неразглашении под страхом заключения в ГУЛАГ, что это у них там на руке такое опухает.

P.S. Отдельно обидно, что наросло целое поколение долбаков, которые не просто перечисляют вышеуказанные «тоталитарные» меры, добавив к ним чернухи и кровянки quantum satis, но и топят за подобный подход, вплоть до расстрелов для заболевших. Историческая правда никого не интересует, это давно известно; но когда целое поколение народа начинает азартно рыться на исторических помойках в поисках поживы — жди беды!
оффтопик

Воспоминания о прошлом.

Турбюро на площади Дзержинского, 9а вскоре откроет двери для всех ценителей блистательного прошлого.

В программе — различные общеукрепляющие (то есть, укрепляющие общество) туры:

«Королевский» — получасовая прогулка в открытой тележке по Парижу до Гревской площади.
«Царский» — проживание с семьёй в комфортабельном особняке купца Ипатьева, с последующей фотосессией.
«Адмиральский» — общественно-освежающее купание в проруби в р. Ангара.
«Гвардейский» — двухдневный круиз из Крыма в Стамбул на палубе военного корабля или транспорта.
«Сенатский» — супермарафон из Санкт-Петербурга через Ригу, Варшаву, Киев, юг России, Кавказ, Сибирь в Харбин, с возможным финишем на выбор в Париже, Берлине или Мельбурне.
«Торгово-промышленный» — продолжительный тур на Колыму налегке.
«Интеллигентский» — фитнес-тур эконом-класса под руководство опытных инструкторов в области эзотерики и йоги, многочасовое стояние на кухне в сложной позе с высунутым языком и кукишем в кармане.

Приглашаются клиенты, недохрустевшие французской булкой в прошлый раз. Предварительная запись ведётся в комментариях на различных платформах.

Ибо заколебали писать в обсуждениях — «нам нужен Царь, потому что мы Русские», и т.д.
маразм

«У нас в Твери — где хошь… голосуй!»

Пишут, что в Тверь уже спустили план: сколько народа должно прийти на «референдум» по поправкам в Конституцию, и какой должен быть результат у голосования.

Если это не лютый фейк и вброс, то будет весьма интересно посмотреть, как чинуши будут выкручиваться из этого крайне неудобного положения. А впрочем, сайт источника загадочен — это вам не наш НГС, особого доверия тоже не вызывает и может оказаться наваленным с пропагандистскими целями, например.
аватара

Опять рыцарь, опять дракон!

Всего-то и минуло шесть лет после прошлого разгрома, а всё та же команда энтузиастов вновь с жаром требует меня в число участников нового, охренеть какого оригинального литературного конкурса — «Рыцарь и дракон 2». Теперь в условиях конкурса требуется, чтобы сволочами были и дракон, и рыцарь, а смыслом рассказа должен быть уже не моральный релятивизм героев, а «крушение всех и всяческих надежд на лучшее» (из описания к техническому заданию на конкурс).

Однако же с тринадцатого года как в России, так и на постсоветских просторах произошло мого чего интересного, поэтому теперь читатели уже совсем почти не интересуются ни рыцарями, ни драконами. Заветный паровозик, увозящий писателей с платформы 9 3/4 на дачу в Перделкино, приходит теперь за авторами совсем других текстов, примерно таких.

Точка! Глеб так и представлял себе это: заснеженное поле, блиндированный сруб второго эшелона, накат из швеллеров над головой, отдалённое уханье дивизионных Д-30 за перелеском… Но сейчас, когда он, мокрый от пота и чужой сальной крови, скатился в блиндаж есаула, слово «точка» обрело в его глазах второй смысл. Точка на карте Родины и есть точка, и он, Глеб, самим Богом поставлен на эту точку.

Есаул поднял на Глеба всепонимающий взгляд, поправил эполет кончиком шашки. Сейчас, пока пиндосы в соседних окопах жарили друг друга в туза, здесь, на рубеже, царило относительное затишье — только короткие очереди из ДШК время от времени разрывали тишину ночи. Есаул прикрутил фитилёк светильника, сделанного из стреляного корпуса 420-миллиметровой мины 2Б1 «Трансформатор», и внимательно посмотрел на Глеба.

—Ты, паренёк, чей будешь?

—Свой. Православный. Русский, — выдохнул Глеб, ёжась под взглядом хозяина блиндажа.

—И это правильно,— согласился есаул. — Вдруг бы ты из этих бы… афроамериканцы которые, мать их… Мы здесь на точке таких не любим, понятно?

Глебу это было понятно. Он чувствовал себя русским с первого мгновения жизни, с того часа, когда репрессированный дед-казак вложил ему в пухлые губки вместо первой соски патрон от русской трёхлинейной винтовки Мосина 7,62х54R со старым ещё, скруглённым баллистическим наконечником. Этот вкус, который не перешибить никакому крафтовому пиву, сопровождал с тех пор Глеба всю жизнь — пока не довёл его до этого пропахшего пиндосами и сталью рубежа, до точки!

Теперь, глядя на есаула и слушая далёкий гул моторов подъезжающей бригады МТ-ЛБ, буксировавших за собой новый дивизион тяжёлых пушек 2А19, Глеб вдруг со всей остротой осознал, как много значил тот закруглённый, пахнущий латунью и ружейным полусалом, наконечник в его жизни. Москва, коворкинг, менеджмент таймлайнов, митинги с клиентами асап, любимый сигвей, попавший в залог к чеченам — всё это ушло, испарилось перед острым пониманием своей миссии. Долг. Точка.


Это читать будут, а про плохих рыцаря и дракона, который как-то неправильно кончили — не будут. Время ушло. И даже «Игру п…лов» люди не ради драконов смотрели. Но авторов, однажды уверовавших в собственную гениальность, не остановить. Так и будут писать про рыцаря до самой смерти, и останутся глубоко убеждёнными, что несут в массы добро и свет. И что я должен им помочь и даже дать немного денег, разумеется…

Раньше это было опасно, вызывало возмущение. Сейчас — уже забавно. Как старуха Шапокляк, идущая по Москве 1970-х годов в своём нелепом складном цилиндре… И всё же, коллеги, не надо писать про рыцаря и дракона, если не знаете, зачем это нужно именно вам. И про гаубицы с есаулами тоже, по возможности, не пишите! Не надо ходить в собрания нечестивых, там очень уж много нечестия.